— Чего у тебя такой дурной господин, Стефан? — спросил я, закончив с супом. — Тяжёлая работёнка — присматривать за тем, кто сам активно нарывается на проблемы.
Потоцкий лишь пожал плечами, разламывая краюшку хлеба.
— Какой есть, такой есть… Не выбирают Родину, семью и господина.
— Ошибаешься, — протянул Батар, с довольным видом облизывая пальцы. — Господина всегда можно выбрать. Вон, мы за Игорем сами пошли. Никто не принуждал.
— Или вообще обходиться без господина, — добавил Бат.
Стефан не ответил, а лишь многозначительно промолчал.
После обеда уже принялись за монтаж. Штробить не разрешали, ведь здание признано архитектурным достоянием. Поэтому приходилось использовать специально подготовленные кабель-каналы, вписывающиеся в общий дизайн. Даже ниши, из которых мы доставали пускаторы, приходилось заделывать так, чтобы не осталось следов. Благо сидельцы занимались разномастной работой, и руки у большинства были не из задницы.
А вот с очкариками дело обстояло куда хуже…
— Ты хоть отвёртку когда-нибудь в руках держал? — спросил я одного из них.
Этот деятель хотел прибивать кабель-каналы к каменной стене молотком по саморезу.
— Ну… держал, да, — почесал он затылок.
— Твою ж мать, — вздохнул я. — Бат, они все такие⁈
Здоровенный монгол кивнул. По виду было понятно, что он тоже успел повозиться с балбесами.
— И нахрена вас сюда прислали? — задал я риторический вопрос."
"— Мы не верили в духов! — воодушевился очкарик. — Знали, что дело в ловушках, и согласились на отработку.
— Так, короче, — махнул я.
— К инструментам их не подпускать. Пусть несколько человек роют котлован под фундамент КТП-шки во дворе. А остальные таскают бухты с проводами, цемент, убирают мусор… Короче, понял, да?
— Понял, — буркнул Бат. — Принеси, подай, иди нахрен, не мешай. Я уже скучаю по японцам!
Побурчав, Бат уже развернулся, чтобы уйти, но я его остановил.
— Погоди! Этого тоже возьми, — кивнул на Матеуша. — Дай лопату, и пусть машет.
Княжич с удивительной радостью подскочил и поплёлся за Батом. Кажется, я немного переборщил, когда оставил его с отморозками Черепа.
Его так запугали, что бедолага больше походил на тень, чем на живого человека.
Стефан молча отправился следом за ним. Что ж, я ему не указ. Так что пусть делает, что хочет, если не во вред.
Вообще, странный он телохранитель. Реагирует только на прямую угрозу жизни. Он явно не в восторге от своего господина, и его поведение выглядит подозрительно. Чутьё лениво сигналило, но как-то неуверенно, неявно.
