До статского советника дослужился при Горном департаменте. Род наш от мастеровых идет, оттуда и фамилия. Сколько знаю, все Домнины с металлом работали. Кто чугун плавил в доменных печах, кто кузнецом был, а дед так белое оружие[65] делал такое, что за ним из самого Петербурга приезжали. За то и дворянство получил. Потому, наверное, я такой статью и вышел, что родом из мастеровых. Брат мой младший нашу династию мастеров продолжать взялся, а я вот по военной стезе пошел. Из Златоуста я родом. Слыхал про такой город?
— Да мы с вами, Вячеслав Александрович, можно сказать, земляки.
Я родом из Белорецка.
Я усмехнулся. Вот ведь как бывает в жизни. Можно всю жизнь прожить с кем-то на соседних улицах, а впервые встретиться на другом краю света.
— Как же, бывал. — Домнин оживился. — Рад встретить земляка. А на вашем заводе я с отцом бывал еще в отрочестве несколько раз. Отец у меня по своей служебной надобности туда ездил, да и меня с собой брал.
Утром разогрели остатки ужина и, перекусив, направились дальше.
Часа через полтора вышли к лесной дороге, которая пересекала довольно широкий луг. Решили пройти по опушке, и когда уже обошли открытое место, вдруг откуда-то из-за кустов легкий ветерок донес до нас приторно-тошнотворный трупный запах.
Прямо за кустами, в небольшой низинке, уткнувшись радиатором в дерево, стоял пикап ГАЗ-4 с изрешеченной пулями кабиной. Похоже, расстреляли машину с воздуха. Видимо, немецкий самолет настиг их, когда пересекали открытое место. Да и вообще дорога здесь на редкость с длинным прямым участком.
В самой кабине обнаружились два трупа в фуражках с тульей василькового цвета. Уж на что я не впечатлительный, но тут меня просто вывернуло наизнанку. Сделав несколько шагов в сторону, я избавлялся от завтрака, ужина и вообще от всего. Домнин посмотрел на меня с какой-то жалостью и совершенно спокойно полез в кабину, где достал из нагрудных карманов убитых их документы. Посмотрев в его сторону и только на миг представив, какой там сейчас стоит запах, я опять согнулся в рвотном порыве.
Отпустило меня минут через пятнадцать, когда я избавился даже от желчи. Бывший ротмистр тем временем достал из кузова лопату и принялся копать рядом могилу. Кое-как пересилив себя, я взял в руки пропитавшиеся трупным запахом документы. На своей карте отметил место захоронения, а на обороте написал фамилии, имена и звания погибших. Будет возможность, передам куда там следует. Глядишь, меньше будет неизвестных захоронений.
