Исай

А спустя секунду – вся машина вспыхнет.

Слух вернулся, но только для того, чтобы вновь и вновь в мою голову проник дикий звук металлического скрежета, убивая меня секунду за секундой.

– Живой твой Исай! – грубоватый голос заставил очнуться от паники, а крепкие руки подтолкнули меня в сторону водительской двери.

Я мчалась вперед. Но неведомая сила отодвигала искореженную машину все дальше от меня, глубже вдавливала в бетонную стену.

Я кричала, не слыша собственного голоса.

Тянула руки вперед, старалась сомкнуть ладони на ледяном металле.

Но пальцы непослушными крюками пронзали автомобиль насквозь, точно бесплотного призрака."

"– Нееет! Феликс! Нет! – кричала я, глядя, как бетонная стена с громким скрежетом и грохотом поглощает то, что осталось от автомобиля моего любимого Исая.

– Все хорошо, Белка! Это сон, всего лишь сон! – шептал муж, прижимая меня к себе.

Я громко всхлипывала, судорожно цеплялась за широкие плечи и трясла головой.

Ледяные щупальца страха сжали горло с такой силой, что, казалось, я никогда не смогу сделать глубокий вдох.

– Я здесь, я рядом с тобой… Все это только сон! – повторял Феликс, убаюкивая меня в своих руках.

Я кивала, но все еще не могла говорить.

Сон.

Но он приходил ко мне каждую ночь, не оставлял, мучил, превращал в сумасшедшую, дерганную неврастеничку.

– Сон, да… – сипло соглашалась я.

Феликс согревал своим дыханием мои озябшие ладони. Я не хотела смотреть в глаза мужу. Знала, что увижу в них чувство вины.

Каждую ночь все повторялось вновь и вновь.

Один и тот же сон. Я не говорила Феликсу, но настолько устала от этих кошмаров, что попросила врача назначить легкое успокоительное. Всерьез переживала за ребенка.

Но кошмары не отпускали своих щупалец страха. И я знала по прошлому, горькому опыту, что так будет продолжаться еще долго. Но все же надеялась, что в этот раз будет легче. Феликс со мной. Все остальное – игра моего разума.

– Пойдем, Белка, – тихо, но настойчиво пробормотал Феликс.

Я послушно встала с кровати. Думала, что мы идем пить чай на кухню.

Это уже стало чем-то вроде традиции – приходить на кухню по ночам после моих кошмаров, пить чай в полной тишине, а потом возвращаться в постель. Вернее, Феликс относил меня, сонную и почти уснувшую, в кровать.

Сейчас все было иначе.

Феликс привел меня к двери, ведущей во внутренний двор. Парни из строительной бригады позаботились не только о наличии красивой террасы в нашем уютном гнездышке, но и о дополнительном выходе в гараж.