Фургон потерял управление и врезался в парапет. Но тот не выдержал удара, и фургон вылетел в пролом. Затормозить я не успел.
Фургон Теда Тенненбаума рухнул в реку. А за ним и наша машина.
Часть третья
Ввысь
1. Наташа
Четверг, 13 октября 1994 года
Джесси Розенберг
Четверг, 13 октября 1994 года
В тот день мы погнались за Тедом Тенненбаумом, Дерек потерял контроль над машиной, и парапет моста разлетелся вдребезги.
Я вижу, словно в замедленной съемке, как мы летим в воду. Время как будто вдруг остановилось. Я вижу, как поверхность воды приближается к ветровому стеклу. Мне кажется, что падение длится минут десять. На самом деле все случилось за несколько секунд.
Когда машина в миллиметре от воды, я вспоминаю, что не пристегнулся. От удара влетаю головой в бардачок. Свет меркнет. Перед глазами проходит вся жизнь.
Я возвращаюсь в прошлое.
Вижу себя девятилетним мальчиком, в конце 1970-х. После смерти отца мы с матерью переехали в Риго-парк, поближе к бабушке с дедушкой. Матери пришлось работать с утра до ночи, чтобы свести концы с концами. А поскольку она не хотела, чтобы я слишком долго болтался один после уроков, я должен был из школы идти к дедушке и бабушке, жившим на той же улице, где стояла моя начальная школа, и сидеть у них, пока не вернется мать.
Если говорить объективно, дедушка с бабушкой были люди жуткие, но я любил их самой нежной любовью. Никто не видел от них ни доброты, ни ласки, а главное, они были абсолютно не способны всегда держаться в рамках приличий. Любимой фразой дедушки было: «Шайка мелких ублюдков!», а бабушки — «Какое говно!». Они твердили свои ругательства целыми днями напролет, словно два скрюченных попугая.
На улице они бранили детвору и оскорбляли прохожих. Сперва слышалось: «Шайка мелких ублюдков!» Затем вступала бабушка: «Какое говно!»
В магазинах они не давали проходу продавцам. «Шайка мелких ублюдков!» — припечатывал дедушка. «Какое говно!» — добавляла бабушка.
На кассе супермаркета они беззастенчиво лезли без очереди.
