Искалеченные

– Ты никогда не задумывался, почему девушки в любовных историях всегда ждут, когда смогут надеть футболку своего парня?

– Наверное, потому что они хотят чувствовать его запах, когда парня нет рядом, – после недолгого молчания ответил Рэймонд.

– Но это же избитое клише, – я пожала плечами. – Как и то, когда по утрам героиня жарит блинчики и пачкается джемом.

– Почему именно джемом? – улыбнулся Рэймонд.

– Потому что потом парень непременно пытается стереть с плеча девушки липкое пятно. А когда у него не получается этого сделать, и герои пачкаются еще больше, то они отправляются в душ.

Вдвоем.

– А что в этом плохого?

– В книгах такие любовные истории всегда заканчиваются одинаково. Хэппи энд. Только в реальной жизни все складывается по-другому. Люди женятся, жена рожает кучу детей, а ее муж пашет на работе и так устает, что проводит выходные за телеком, посасывая пиво и отращивая пузо, – я поморщилась. – В итоге они так устают друг от друга и от быта, что находят утешение в ком-то другом.

Мои слова Рэймонд никак не прокомментировал.

Он убрал со своих коленей мои ноги и выдвинулся вперед, склонившись надо мной на вытянутых руках. Его лицо оказалось над моим, глаза неотрывно смотрели в мои, и от его пристального взгляда я задержала дыхание.

Такая близость была для меня сущей пыткой. Я догадывалась, что будет дальше: Рэймонд, как обычно, доведет меня до температуры кипения, добавит самые острые специи, а потом разделает на мелкие кусочки. И не попробует ни одной ложки, оставив меня остывать.

– Я не против того, чтобы ты ходила в моей футболке. И я поддерживаю идею отправиться вместе с тобой в душ, – сказал он низким голосом. – А еще я ненавижу проводить выходные за просмотром телека с пивом.

Его теплая ладонь коснулась моей щеки, и на мгновение я прикрыла глаза.

– Какой финал ты хочешь для нашей истории? – спросил Рэймонд, и я распахнула веки.

– Все хотят хэппи энд. Но его не хватит на всех, – тихо ответила я, наслаждаясь его прикосновениями.

Рэймонд провел большим пальцем по моей нижней губе, повторяя ее изгиб.

А затем надавил на нее, принуждая разомкнуть губы.

– Мы живем, думая, что влияем на ход истории и на ее финал, – хрипло проговорил он. – Но потом в нашей жизни появляется человек, который меняет наш мир на сто восемьдесят градусов.

С этими словами Рэймонд придвинулся ближе, и его лицо оказалось настолько рядом с моим, что я ощущала на коже его дыхание. Он склонил голову, и его губы задели мою мочку уха.