Её кожа, словно лунный свет, контрастировала с тёмным мехом, а светлые волосы рассыпались по плечам, создавая образ почти неземной соблазнительницы. Ну, дела-а-а… Кажется, эта ночёвка обещает стать куда интереснее. Если, конечно, я дуба от переохлаждения не дам.
Холод, конечно, пронизывал до костей, но не настолько, чтобы я не засмотрелся на красивых сестричек-лисичек. А посмотреть было на что. Грудь у Селины высокая, соски от мороза тут же затвердели, обострившись, этот её… аккуратный, манящий треугольничек внизу, светлый, почти как иней, и крепкая точёная задница.
Сама девушка, пожалуй, даже повыше меня, поджарая, но где надо, мягкая и округлая. Идеальная фигурка, словно у римской статуи.
Тут и вторая, Сияна, что потемнее, тоже юркнула под ворох одеял. И вот уже с обеих сторон ко мне прижимаютсяь два тёплых упругих тела. Приятно, чёрт подери. «Кожа к коже» — это просто истинное спасение!
И дело не только в тепле, хотя оно сейчас ценилось дороже всякого злата. Дрожь потихоньку отпускала, кровь, казалось, живее побежала по жилам, разгоняя стылую тяжесть в конечностях.
И чем теплее становилось, тем отчётливее я начинал прислушиваться к другим ощущениям. Куда более волнующим, если уж на то пошло. Тело, отогревшись, начало настойчиво напоминать о нормальных физиологических потребностях.
Особенно это проявилось, когда Селина закинула на меня ногу. Так плотно прижалась своим… сокровенным горячим местечком к моему бедру, что я отчётливо почувствовал, там уже всё трепещет в предвкушении. Прямо сквозь тонкую ткань её белья, отчётливо ощущались шелковистая кожа и пьянящая влага.
Если я до этого вовсе и не собирался думать о сексе, то член дёрнулся, наливаясь силой.
Сияна тоже перекинула через меня ногу, а потом недовольно надула губки, когда её мягкая кожа коснулась влажной ткани моих подштанников.
— Да он же так никогда толком не согреется в своих мокрых портках, — сказала она, закусив губу, и тут же начала теребить пояс моих штанов. — К тому же это мешает нормальному контакту кожа к коже.
Тепло хуже идёт.
Ага, «тепло», как же.
Селина усмехнулась и потянулась через мою грудь, прижимая ко мне свои весьма соблазнительные упругие холмики.
— В таком случае, сестрёнка, почему ты сама ещё в своём белье?
Я аж подпрыгнул, хоть и лежал.
— Сестрёнка⁈ — и крутанул головой, насколько позволяло положение."
"Из-за того, что одна чернявая, как южная ночь, а вторая светлая, как первый снег, я как-то упустил из виду их поразительное сходство в чертах лица.
