— Как насчёт того, чтобы немного вздремнуть всем вместе? А потом, может, мы снова пригласим Илина, Амализу и Лили? Давайте переждём остаток этой снежной бури, не выходя из поместья, вместе с друзьями.
Слова Зары звучали как спасение.
Я улыбнулся, взял гоблиншу на руки и уткнулся носом в её тонкую шею, вдыхая знакомый успокаивающий запах.
— Звучит идеально, — пробормотал я, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает. Жестом пригласил остальных своих невест следовать за собой в нашу спальню.
Ирен извинилась и повела Лили в комнату, приготовленную для неё в гостевом доме, где жила Амализа, пообещав присоединиться к нам позже.
Правильно, Лили сейчас нужна отдельная комната и время, чтобы всё переварить.
Я подарил гостье-кролику прощальную улыбку, получив в ответ взаимную, удивительно тёплую и искреннюю. Две женщины исчезли за парадной дверью, которая захлопнулась за ними, отрезая нас от внешнего мира и лишних проблем, хотя бы на время.
Остальные мои невесты, не теряя времени, потащили меня к лестнице, и мы все вместе поднялись в хозяйскую спальню.
Там я наконец с облегчением разделся и укрылся под одеялом. Мои женщины тем временем тоже разделись и присоединились ко мне.
Теперь после нескольких недель вдали от своих близких, от тепла родных стен я наконец смог почувствовать, как все они прижались ко мне, образуя любящий клубок мягких, тёплых тел. Их прикосновения успокаивали, давали ощущение безопасности. Хотя никто из женщин особо не нуждался в отдыхе, но они спокойно и мирно лежали вокруг меня, обволакивая своим теплом и уютом, пока я засыпал, слушая тихие, размеренные звуки их дыхания.
Вот он, покой, которого мне так не хватало.
Глава 2
Чёрт, я, похоже, вымотался сильнее, чем думал. И дело вовсе не в буйных ночах, проведённых в объятиях Мароны и Лигеи. Скорее сладостное осознание того, что я наконец-то дома, в своей кровати, и все мои девочки в безопасности, сняло с меня последнее напряжение. Плечи расслабились, тяжесть из головы ушла, и я просто рухнул в сон, словно камень в глубокий омут.
В любом случае, когда глаза сами распахнулись, я почувствовал, что проспал не просто пару часов, а, наверное, всю ночь и даже больше. Тело приятно отяжелело, налившись блаженной истомой, но голова свежая, без привычного гула.
Из других комнат доносились голоса, смех, побрякивание посуды. Они звучали как гимн жизни, подтверждая, что всё в порядке, мир не рухнул. Моё внимание привлекло миниатюрное мягкое тело, прижавшееся ко мне.
