— Почти сто тысяч лет, любовь моя. Настолько древняя, что некоторые расы полностью вымерли, а другие возникли и заняли их место под солнцем. Настолько, что заря древнейших рас затерялась во тьме веков, — она многозначительно помолчала. — Почти всех.
Сто тысяч лет! У меня в голове не укладывалось. По сравнению с этим наша земная история просто детские игры в песочнице.
— Тогда это… Это просто бесценно, — выдохнул я, обводя рукой комнату, заполненную древними артефактами.
— Для тех, кто ценит знания прошлого, без сомнения, — согласилась Ирен, снова выходя на передний план.
— Гномы точно захотят это заполучить. Для них это святыня.
— И я тоже хочу, — буркнул я. Увидев её удивлённо вскинутую бровь, я усмехнулся. — В смысле хочу скопировать все эти тексты для нашей библиотеки в Мириде. Планирую найти эксперта, который сможет прочитать то, что камням-переводчикам не по зубам, а уж потом гномы, конечно, получат оригиналы. Наверняка они за них хорошую цену дадут или услугу окажут.
Лейланна, возившаяся с остатками свитков и ветхих бумажных книг, фыркнула, отряхивая руки от вековой пыли.
— Сделай им подарок, Артём. Завоюешь вечную дружбу гномов, и они в благодарность осыплют тебя золотом, самоцветами и мастерски сработанными вещицами. Уж поверь мне, я этих бородачей знаю. — Она хитро улыбнулась. — А вот если попытаешься продать им драгоценные артефакты их прошлого, они тебя возненавидят и будут торговаться за каждую медную монетку. Могут даже войну начать. Гномы очень серьёзно относятся к таким вещам, потому и лезут постоянно в разные дыры, чтобы вернуть утраченное.
Я снова оглядел комнату, прикидывая в уме:
— Думаешь, они захотят вернуть себе это место? — в животе неприятно похолодело от такой перспективы.
— Вероятно, — со смешком отозвалась моя тёмная эльфийка. — Так что нам лучше хорошенько тут всё обследовать, прежде чем сообщать им, что оно здесь, а потом сделать вид, будто мы сломя голову помчались к ним с вестью об открытии, как только смогли.
Если они, благодаря нашей услуге, сюда переселятся, у нас появятся самые лучшие соседи, каких только можно вообразить. Гномы — народ основательный.
Ирен деликатно кашлянула:
— Лучше подождать, пока мы не зачистим всё подземелье от монстров.
Сердце неприятно ёкнуло. Да на это больше года уйдёт, если не все два! И что-то я смотрю, желающих со мной поспорить или предложить альтернативу с каждым днём всё меньше. Я хмыкнул про себя. Даже никто не возразил.
