Вихревая атака берсерка была эффективна, его топоры мелькали со всех сторон, но он оказался предсказуем в движении. Берсерки всегда такие. Увернувшись от первого удара, я пролетел мимо него, чувствуя, как ветер от второго топора обжёг щёку.
К сожалению, едва приземлился, как получил удар с разворота сзади. Тупой топор врезался между лопаток, и грудь онемела от сотрясения. Меня снова отшвырнуло в сторону, и я покатился по песку, оставляя в нём глубокую борозду.
Чёрт, даже с затупленным оружием мне долго таких ударов не выдержать!
Заставляя себя подняться на ноги, превозмогая острую боль в рёбрах и сбитое дыхание, я выстрелил в крутящегося берсерка, умудрившись попасть между мелькающими топорами.
Здоровяк начал разворачиваться в мою сторону, но теперь я находился в углу, и у меня появилось немного пространства. Вот только дышать стало тяжело, в лёгкие словно битое стекло насыпали."
"Я выпустил ещё одну стрелу, перебегая к соседнему углу и пытаясь выманить его на прямую атаку, чтобы потом снова уйти в сторону.
Но он, не будь дурак, двинулся к центру арены, отрезая мне путь к отступлению.
А потом он взревел, издав рёв такой силы, что я на миг осел на колени, оглушённый. Звук ударил по барабанным перепонкам, как молот по наковальне, а в голове зазвенело.
Берсерк на миг остановился, а потом понёсся в лобовую атаку, занеся оба топора над головой. Мышцы на его руках вздулись, лицо исказилось от боевого безумия. В отчаянии я выпустил Пульсирующую Стрелу, чтобы его отвлечь, и неожиданно это сработало.
Мужик споткнулся и замер, прикрыв глаза от вспышки.
— Жулик! — заорал он, тряся топорами. Его поддержали многие зрители и даже арбитры на судейской трибуне.
Голос командора Джинда Алора прогремел над толпой, заглушая шум:
— Эта способность, Пульсирующая Стрела, добавляет световой эффект, но дополнительного урона не наносит. Продолжайте бой!
Я использовал Перекат с выстрелом, чтобы уйти в другой угол, едва увернувшись от замаха.
Мой выстрел угодил берсерку в солнечное сплетение, заставив его раздражённо взрыкнуть и согнуться пополам.
Седьмая и восьмая стрелы вонзились в тушу, пока он сокращал дистанцию.
Попытка проскочить мимо него на остатках Рывка Гончей оказалась ошибкой. Он врезал мне топором в бок; я почувствовал, как что-то хрустнуло внутри, и захрипел от боли. Меня снова отбросило к стене арены, кажется, ещё пара рёбер треснула.
