Мне противно платить таким, как ты, чтобы остановить то, что тебе и так не предназначено, но ради Ордена Стражей Севера я это сделаю, — сказал он, подтолкнув кошель ногой. Голос, сначала сдержанный, сорвался на гнев: — Это больше, чем ты заслуживаешь за боль, которую причинил моему племяннику, заставив его принять безрассудное решение, приведшее к его смерти. Но предложение моё в силе. Бери деньги и убирайся из Тверда! Не возвращайся! Не позорь нас, пытаясь казаться кем-то, кем не являешься.
Если это и был тест, то гораздо более убедительный, чем предыдущие.
Но раз Сигурдиан считал мои шансы достаточно серьёзными, чтобы попытаться откупиться, это вселяло надежду.
Я поднял кошель и протянул его герцогу обеими руками, избегая встречаться с ним взглядом.
Несколько секунд он молчал. Напряжение повисло в воздухе. Затем с яростным рыком выхватил кошель."
"— Чтоб тебя гадюка укусила, мелкий паршивец! — рявкнул он, направляясь к двери. По пути он с размаху пнул стул, который с грохотом отлетел в другой конец комнаты.
Через мгновение в келью вошёл слуга, не глядя на меня, поднял стул и бесшумно вышел, закрыв дверь.
Я снова сел на холодный каменный пол, пытаясь заснуть, но безуспешно. Слова герцога звенели в ушах, а ледяной холод пробирал до костей.
К моему огромному облегчению вскоре вернулся пожилой клирик, и мои мучения наконец закончились.
— Ваше бдение окончено, соискатель. Прошу следовать за мной.
Я застонал, с трудом поднялся и пошатнулся. Невероятно, как несколько часов на холодном полу могут заставить ощущать себя так, будто тебя избили.
Я последовал за клириком в просторную комнату в подвале, где несколько жаровен щедро наполняли воздух теплом. Другие будущие рыцари уже собрались там, сгрудившись у огня, и жадно пили воду из глиняных кружек.
Я вошёл последним.
Подойдя к Лоркару у одной из жаровен, взял полную чашу, которую сунул мне в руки послушник, осушил её в два глотка и тут же протянул руку за добавкой. Вторую чашу уже пил медленнее, наслаждаясь тем, как тепло от огня постепенно проникает в уставшие кости.
Говорить никто не хотел, все были также измучены, как и я, и мечтали лишь о еде и отдыхе, но когда в зал вошли лорды-судьи, мы заставили себя выпрямиться.
— Ваше бдение окончено, — громко объявил Сигурдиан. — Теперь отправляйтесь на заслуженный отдых. Завтра мы решим, достойны ли вы вступить в Орден Стражей Севера.
Он покинул зал, оставив остальных лордов продолжить общение с претендентами.
