— Растяжение голеностопа, — Лемке вздохнул. — Аренда зала, неустойка американцу.
— Голеностоп? — Петер застучал стаканом и отдал его подскочившему буфетчику. — Как это ему удалось? Вывернуть ногу смелости хватило, — старый боксер скривил порубленные шрамами губы.
— Он твой ученик.
— Из шакала не вырастет лев.
— Как русские, Петер? У них есть тяжеловес. — Лемке щелкнул зажигалкой и посмотрел на голубое пламя.
— Они любители, Вальтер. Русский никогда не выйдет на профессиональный ринг. Я знаю.
— Познакомь нас, может, договоримся.
— Лемке легко тронул грубые руки тренера.
Сажин выслушал Лемке молча, сосредоточенно разглядывая носок своего ботинка.
— Все? — спросил он и поднял голову.
— Все, — Лемке развел руками и улыбнулся. — Вы получили рекламу, хорошую тренировку."
"— Мне надо поговорить в посольстве, — перебил Сажин, — принципиально я не против товарищеского матча. Три раунда по три минуты, перчатки восьмиунцевые. Ответ завтра на тренировке, — Сажин кивнул Лемке, повернулся к рядом стоявшему Петеру Визе и отвел его в сторону.
— Что это за парень, Петер?
— Хозяин клуба.
— Я о Вартене.
— Боксер, — Петер ползал плечами. — Один из претендентов на место Кассиуса Клея.
— Серьезно?
— Не знаю, я видел его мельком.
— Рубака?
— Нет, боксер, — Петер понизил голос: — Не советую.
— Спасибо, старина, — Сажин крикнул: — Зигмунд! Александр! Марш мыться! — затем повернулся к Петеру: — Завтра тренировку проводишь ты. Договорились?
— Хорошо. Спарринги проводить? — спросил Петер.
— В шлемах и без драки. У тебя кто будет работать на первенстве Европы? — Сажин открыл дверь и пропустил Петера в коридор.
— Практически один парень. В легком.
— Я видел. Хорош.
— Приличный, — Петер кивнул на буфет. — Выпьем? Нам уже можно.
— Ваше пиво, — Сажин рассмеялся. — Ваше пиво — моя слабость.
* * *— В посольстве сказали, что проведение товарищеского матча с американцем — дело спортивное и его решаем мы. Давайте решать, — Сажин взял со стола колоду карт.
Зигмунд любил раскладывать пасьянс, а Шурик и Роберт играли между собой в подкидного.
— Что решать, Миша, — Роберт погладил усы и неодобрительно посмотрел на Сажина. — У них сорвался матч профессиональных боксеров, билеты проданы, они горят, — он поднял ладонь к лицу, — пусть горят. Мы не пожарная команда. — Видимо, Роберт устал от такой длинной речи, тяжело вздохнул и отвернулся.
— А ваше мнение, Александр Бодрашев? — спросил Сажин.
