Искатель. 2013. Выпуск №9

А что она хотела? Ладно… видно, сон ему приснился дурной. Завтра встанет, протрезвеет и к Мишке пойдет. Деньги рано или поздно все равно закончатся, волей-неволей о заработке думать придется.

Ульяна ложится и видит сон. Странный, пугающий… Прыгают они с Гришей через костер, но руки у них разъединяются, и Гриша прямо в костер тот падает, а Ульяна на земле остается. Потом видит она бушующее пламя, а в нем Гриша… руки тянет к ней, помощи просит, а она смеется… Лицо у него страдальческое, вместо волос огненные языки пламени.

Но Ульяна помогать не торопится, просто смотрит и смотрит… вроде как ее это не касается… потом внезапно она осознает, что это муж ее, Гриша, горит, бросается к нему, кричит, да поздно уже… плавится Гриша на ее глазах, как Снегурочка из сказки… Плавится и исчезает, только крик слышит Ульяна, да не поймет чей — его или ее?

В ужасе открывает Ульяна глаза — в стеклах оконных всполохи видны. Выглядывает в окно — пожар! Пламя взмывает вверх, освещает окрестности. Люди уже бегут… Ульяна выскочила из дома, тоже бежит.

Господи, сон-то в руку! Молит Бога, чтобы это не Гриша… Соседка впереди бежит, Ульяна ее догнала.

— Тетя Глаша, кто это горит?

— Улечка, Господи! Слава Богу, ты здесь! Гришин дом горит! Господи помилуй!

Ульяна осела на землю. Все, и правда конец. Кто-то бежал мимо нее, ее подняли, посадили на скамейку, Ульяна как в тумане, только твердит все:

— Как Гришин дом? Неужели Гришин? А он-то где? Гриша, Гриша, где?

Кто-то успокаивает ее, гладит руками по голове, но Ульяне кажется, что Гриша руки к ней тянет, помощи просит, а кто-то не пускает ее, кто-то злой и жестокий.

Она вырывается от этого кого-то и бежит на пожар. Возле дома уже толпа собралась, хотя теперь это трудно назвать домом. Пока пожарные приехали, дом и сгореть успел. Ульяна ходит по пожарищу, ищет что-то, если увидит что-то, наклоняется низко, всматривается. Поднимает головешки, крутит в руках, выбрасывает. Вдруг натыкается на что-то, выуживает это из пепелища, подносит к глазам — так и есть, кость… человеческая… В ужасе отбрасывает ее от себя, и последнее, что она еще слышит, это чей-то надрывный крик.

— Да уведите ее оттуда, Господи! Хоть кто-нибудь!

Пара мужских рук подхватывают упавшую Ульяну, выносят с пожарища и кладут на траву. Кто-то брызгает ей водой в лицо, но Ульяна не открывает глаз.

— Господи! Горе-то какое! Молодой ведь совсем еще! — Баба в синей кофте всхлипывает и отворачивается. За ней и другие начинают причитать да хлюпать носами.