Рядом с кинооператором стояла женщина, которая руководила съемками Гитлера и верховного командования. Инди решил, что это режиссер, так как она непрестанно размахивала руками и выкрикивала что-то, стараясь привлечь внимание фюрера. Но вокруг было столько шума и гама, что это ей удавалось с трудом.
— Пожалуйста, один шаг вперед, мой фюрер, — сказала она по-немецки.
Гитлер сделал шаг назад.
— Хорошо. Прекрасно. А теперь, все остальные, пожалуйста, шаг назад.
Все шагнули вперед и полностью скрыли от нее Гитлера.
Режиссер вскинула вверх руки и запричитала:
— Пожалуйста, прошу Вас, вы совсем закрыли фюрера.
Инди рассмеялся:
— Кажется, я лучше понимаю немецкий, чем верховное командование Рейха, — заметил он, повернувшись к Генри.
В детстве отец настоял на том, чтобы еще до того, как ему исполнится восемнадцать, он выучил несколько иностранных языков. Как недоволен он был тогда, и как благодарен сейчас.
— Это твоя заслуга, — счел нужным добавить он, легонько подтолкнув отца локтем.
Генри фыркнул.
— Неужели я дожил до этого? Мой сын благодарит меня. Он слушается меня.
Инди рассмеялся.
Люди начали расходиться. Инди с трудом пробился сквозь толпу фашистов с факелами в руках. Эти фанатики вызывали у него отвращение, но внешне это никак не проявлялось, он был так же спокоен и равнодушен, как всегда. Инди обошел трибуну, потолкался среди офицеров, рассаживающихся по своим служебным автомобилям, и наконец вдалеке заметил Эльзу. Она шла одна, ее густые волосы золотым дождем падали на плечи.
Генри намеренно отстал. Они договорились с Инди, что тот поговорит с девушкой с глазу на глаз, а отец подождет где-нибудь неподалеку.
Инди устремился вслед за Эльзой, которая шла не оглядываясь. Нагнав ее, он замедлил шаг, потом посмотрел вокруг и, удостоверившись, что рядом никого нет, кто бы мог его услышать, окликнул:
— Фройляйн доктор.
— Инди! — воскликнула она.
Его голос был тихий и сдержанный, но глаза глядели сурово и осуждающе.
— Где он? Куда ты дела дневник?
— Ты приехал следом за мной в Берлин!
Эльза произнесла это таким тоном, что Инди поразился. Неужели она все еще неравнодушна к нему. Казалось, чувства тянут ее в одну сторону, а логика и долг заставляют следовать другим путем — гибельным для Инди и его отца.
Ее ладонь коснулась лица Инди, губы приоткрылись, и в глазах отразилось безумное желание.
— Я так ужасно скучала по тебе, Инди.
