К настоящему моменту уже надо было бы найти Грааль или, по крайней мере, напасть на его след, а он еще и с Саллой-то не встретился. Но ведь он всего-навсего ученый, директор музея, а не географ, не первопроходец и уж точно не искатель приключений.
А сейчас хорошо бы нанять проводника.
— Мистер Броди! Маркус Броди!
Он поднял голову и увидел, что сквозь толпу к нему пробирается ни кто иной как Салла. Броди был так рад этой встрече, что чуть не бросился Салле на шею, хотя в Нью-Йорке ему бы такое и в голову не пришло, не говоря уж о его родном Лондоне.
— Привет, как хорошо снова тебя встретить! — Так хорошо, что ты и представить себе не можешь, Салла, подумал он.
Они пожали друг другу руки, затем Салла обнял его. Броди похлопал приятеля по спине — обхватить руками Саллу было невозможным делом — потом покраснел и смущенно улыбнулся, он не привык так открыто выражать свои чувства.
— Маркус, куда ты запропастился? — Салла отошел на шаг и внимательно оглядел Броди. — Я ждал тебя и очень волновался.
Салла был похож на медведя.
У него были черные волосы, карие глаза и черты лица, характерные для Средиземноморья. Его густой баритон и искренний смех всегда нравились Броди — рядом с Саллой он чувствовал себя свободным и раскованным, — а его верность друзьям стала нарицательной. Так же, впрочем, как и его ненависть к врагам.
— Я сел не на тот поезд. А Инди уже здесь?
Салла покачал головой.
— Нет. Я думал, вы вместе приедете.
У Броди отлегло от сердца. Значит, он все же опередил Инди.
— Он задерживается.
— Ах да, конечно, «задерживается». — Салла засмеялся. — Это, как я понимаю, английский способ пудрить мозги.
Покинув вокзал, они сразу окунулись в рыночную суету города. Вокруг них сновали торговцы со своими тележками, все кричали и размахивали руками. Броди почувствовал тошнотворно густой запах перезревших фруктов, пропитавший все на площади, и у него закружилась голова. Ему казалось, что он очутился на другой планете, и снова потянуло домой, в прохладу родного музея, где остались доверенные ему сокровища.
Это не его мир и не его жизнь.
Салла сообщил ему, что все, о чем они договаривались во время звонка Броди в Каир, готово, и он может начать путешествие хоть сейчас.
— Как только мы… — Внезапно он замолк.
Прямо перед ними словно из-под земли выросли два здоровенных малых в одинаковых плащах.
— Предъявите ваши бумаги, — произнес один из них со скрытой угрозой в голосе и протянул руку.
— Бумаги? — Салла кивнул головой. — Пожалуйста.
