— Тогда почему мне пришлось узнавать его окольными путями?
— Потому что с меня достаточно потрясений и серьезных разговоров. На сегодня — так точно. — Мой голос трусливо дрожит, коленки подгибаются. — Пожалуйста, Марат, давай не будем ничего решать прямо сейчас.
— А мне зачтется мое терпение? — усмехается он, переступая порог. И как так и надо, закрывает за собой дверь.
— Н-не знаю. Н-наверное. — Меня колотит. Отступать некуда. Я всем телом вжимаюсь в стенку. Марат подходит ко мне вплотную, отсекая пути к отступлению.
Ласково касается пальцами щеки. Мои глаза на уровне его губ…
— Тогда ладно, — замечает негромко и улыбается. А мне хочется кричать! Что ладно? Что ладно?! — Я тоже не хочу пока говорить.
— Правда?
— Угу… Я так по тебе скучал. — И головой мне в грудь тычется. Ласковый, как котенок. Вот и как, как его после такого прогнать?
— Марат! — сиплю.
— У тебя красивая квартира, — проводит носом вверх по шее, губами касается скулы. — Проведешь для меня экскурсию? Обещаю не поднимать острых тем.
— И даже руку кладет на сердце. Для убедительности.
— Ладно, — растерянно моргаю. — Только, боюсь, ты мне льстишь. Я здесь даже толком не успела обжиться.
— Я все понимаю. Где спальня?
Ах вот какую экскурсию он имеет в виду? Недоверчиво фыркаю. И? Что теперь? Строить из себя недотрогу? Или делать вид, что мне самой не хочется? Да как бы ни так!
— Мне бы сначала в душ. Я тренилась.
Это мой голос? Господи… Я не узнаю. Ни его, ни себя.
— М-м-м… Не надо. Я тебя вылижу.
Горячая волна прокатывается по телу и вышибает дух.
— Марат…
— Вкусная. — Собирает языком капельки пота в ложбинке спортивного топа. — Я столько об этом мечтал.
Ладно. Черт с ним! Как тут устоять? Затыкаю его рот губами. Развожу рывком в стороны полы шикарного пиджака. Марат довольно урчит. К черту галстук! Рву, дергаю, ломаю от нетерпения ногти. Уж не знаю, правда ли ему так нравится мой запах, но он… он пахнет просто обалденно. Прикусываю кожу в основании шеи и замираю от восторга. Марата бьет крупной дрожью, и этому я причина! Дыши, Афина, дыши.
Эмоции долбят в уши. Я попала. Господи, как я попала…
Марат нетвёрдой рукой снимает бретельку топа с плеча, обнажая грудь. Как зачарованный, касается соска. И тут же вскидывает взгляд, примагничивая меня к себе.
— Ты моя. — Я сглатываю. Он обхватывает сосок пальцами. — Я, кажется, люблю. Очень люблю, — недоверчиво дергает головой. — Понимаешь, что это значит?
Киваю. Сердце колошматит в груди…
— Нет. Не понимаешь. Но я разъясню.
