Искупление 6

Мое сердце остановилось в груди.

Моллой повернулась и уставилась на меня.

– Но скажи своему отцу, что он в своей последней жизни, - продолжал говорить Тони, обращаясь ко мне через моего сына. – И скажи своему старому приятелю, что у твоего дедушки есть Бурдиццо наготове, если он подумает о том, чтобы подарить тебе брата или сестру, прежде чем он закончит свое ученичество и наденет кольцо на палец твоей матери.

– Бурдиццо?- Кейси нахмурилась. – Что это за чертовщина?

– Это то, что они используют на фермах, чтобы перерезать яички быка, - выдавил я, вспоминая то, что однажды сказал мне Подж.

Тони ухмыльнулся. – Ты можешь сказать своему отцу, что это мудрое решение.

– Боже мой, папа, - проворчала Моллой, махнув рукой вокруг. – Просто поцелуй и помирись уже. Все знают, что ты был несчастен все лето без своего маленького приятеля в гараже.

– Что ж, похоже, у меня появился новый маленький помощник, который не даст мне скучать, - размышлял Тони, отбиваясь от Триш, которая пыталась вырвать ребенка из его рук.

– Тебе уже хочется в туалет?- Спросил я, снова обращая свое внимание на Моллой.

Некоторое время назад они удалили ей катетер и посоветовали встать с кровати и сходить в ванную, но Моллой не сдвинулся ни на дюйм.

– Джо?

– Да?

Широко раскрыв глаза, она жестом попросила меня подойти ближе, чтобы она могла прошептать мне на ухо. – Я боюсь двигаться.- Дрожа, она обхватила мою щеку ладонями и прошептала: – Такое чувство, что из меня сейчас все выпадет.

Мое сердце разбилось.

– Этого не случится, - я попытался успокоить ее, взяв под руку. – Ты только что родила, детка. Это будет казаться полным дерьмом, но я обещаю, что с тобой ничего плохого не случится.

– Я вся в крови, - прошептала она дрожащей рукой, уткнувшись лицом в мою шею. – Я отвратительная.

– Ты чертовски красивая, - грубо поправил я, прежде чем переключить свое внимание на ее родителей. – Ифе нужен душ. Ты можешь присмотреть за ребенком?

– Я могу взять тебя, моя любимая.

– Нет, я заберу ее, - отрезал я Триш и сказал, когда почувствовал, как тело ее дочери напряглось в знак протеста. – Все в порядке.

– Мои ноги словно из бетона, - пробормотала Моллой, осторожно выбираясь из кровати. – Никто не смотрит, хорошо?

– Хорошо, - послушно хором ответили все трое ее посетителей.

– Джо, кровать, - выдавила она, когда встала, не сводя глаз с засохшей крови на простынях.

– Все хорошо.

– Но там повсюду кровь.