Искупление. Часть вторая

"

"Найяр искоса проследил за ним и снова устремил взгляд на море, моля богов и бесов послать ветер. Доверчивость пирата и собственный хорошо подвешенный язык сыграли Найяру на руку. В ночь, когда он спас капитана пиратской шхуны, тот привел самозваного Неила Рэина на свой корабль. Они пили до рассвета, и Найяр рассказал свою историю. Он ни словом не упомянул о том, кто он на самом деле, но про Сафи говорил много, долго и горячо. Он выплескивал свою боль, стремясь хоть так облегчить душу. Правда, в его изложении история выглядела несколько иначе.

В ней не было ни его жены, ни ее мужа, а была счастливая пара и большая любовь. Найяр с упоением рассказывал, как они жили, наслаждаясь друг другом, как он каждый день встречал с улыбкой и засыпал, благодаря богов, что рядом она, его единственная любимая женщина. Бывший герцог поделился, как был готов на все, лишь бы Сафи улыбалась.

— Я верил ей, Счастливчик, я верил, что это навсегда, но лицемерная тварь только пользовалась мной, — с надрывом восклицал он, осушая залпом кружку с вином.

И однажды она сбежала, и сбежала не одна. Тот, кто служил ему, Неилу Рэину, соблазнил и увел его жену. Сафи ушла, разбив его сердце и растоптав душу.

— Я искал ее, — глухо говорил Найяр. — Не нашел, только недавно узнал, где она может быть. А вчера услышал про то, что она действительно на берегах Ледигьорда. Беременная, Грэйг, беременная! Не от меня, а от этого предателя.

Грэйг внимательно слушал, мрачно глядя на своего спасителя. Сейчас он тоже ненавидел ту шлюху, что посмела предать доверие своего мужа, и так же готов был растерзать ее любовника.

Он допил вино прямо из горла бутылки и встал, сверля взглядом Неила.

— Мы найдем их, — сказал Счастливчик. — Я обязан тебе жизнью раз пятнадцать, столько мечей было против меня этой ночью? Так вот, я не люблю быть в должниках. Мы идем в Ледигьорд. Ты сможешь наказать змею и ее хахаля. Это я тебе обещаю.

И он покинул свою каюту. Найяр проводил его совершенно трезвым взглядом и улыбнулся.

Если бы Грэйг в тот момент вернулся в каюту, то, наверное, побыстрей избавился от нового друга, потому что та кровожадная гримаса, исказившая лицо Найяра, могла принадлежать только Черному богу.

""Красный Дракон"" покинул порт Олкана в ту же минуту, как только капитан взошел на борт, а утром взял курс на Ледигьорд. Команда ждала легкой поживы и развлечений с дикарками, потому никто не возражал против этого похода. Тем более, все устали от сидения без дела.