Искупление. Часть вторая

— Матери нравится, как ты ее называешь, — шепнул он, — только она виду не показывает.

— Я знаю, — тоже шепнула я."

"Мы снова обменялись поцелуями, и мой мужчина присоединился к своим соплеменникам. А вскоре объявил о своем пробуждении Конган, и мне стало не до размышлений и предчувствий, тем более, меня они не мучили. Мама Гомель достала из люльки маленького Рыся, развернула его и одобрительно хмыкнула:

— Могучий воин.

Я рассмеялась, забирая грязные пеленки. Мы намыли сына, переодели, и я села его кормить.

День катился привычно. Свекровь убиралась, я, уложив малыша обратно в колыбель, взялась за готовку. Вскоре прибежала Шоли, она и две ее подруги, утащили Конгана гулять. Они с удовольствием возились моим мальчиком, используя его, как предлог, чтобы завладеть и моим вниманием.

Флэй соорудил вторую колыбель, ее мы выставляли под солнышко, туда же отправлялся Конган и его няньки. Они присматривали за малышом, играя рядом в куклы, которые мы с ними сооружали.

Между делом я выбегала проверить сына и перекинуться несколькими словами с девочками. А когда освобождалась, то присоединялась к ним, и мы что-нибудь мастерили для их кукол. Я рассказывала про балы, иногда мы даже танцевали танцы таргарского двора. Девочки слушали меня, раскрыв рот, и я весело посмеивалась над их изумлением. Для них все это было сродни сказке. И описание охот, и правила этикета. То, что для меня когда-то являлось тяжелой повинностью, для них окружалось ореолом чуда.

Мои подружки даже начали вести себя немного иначе. Однажды они очень удивили меня и развеселили, присев при приветствии в реверансе, как я показывала. Они чопорно поздоровались, подобрали двумя пальчиками подолы своих платьев и сели, благопристойно сложив ручки на коленях, как полагалось благородным тарганнам. И вроде неплохие знания, но мне больше нравилась живая непосредственность юных Рысей. Потому я радовалась, осознавая, что это всего лишь очередная игра.

А еще мой поклонник, тот самый юноша, который ходил за мной по пятам, решил изучить язык чужаков. Он пришел ко мне, но занимался с ним рысик, однажды обнаружив маленького поклонника своей жены в собственном доме. Флэй грозно зыркнул на паренька и увел его. Я выбежала следом, но обнаружила их недалеко от дома. Рысь писал на земле таргарский алфавит, сам взявшись за обучение любознательного юноши. Вскоре у него прибавилось учеников.