Искупление варвара

Я обнажаю зубы. Женщины драгоценны и предназначены для того, чтобы их защищали, а не подвергали насилию. Я смотрю на Вазу, в моих глазах предупреждение.

Он делает шаг вперед и забирает женщину из моих рук, прижимая ее к своей груди.

Я не теряю времени даром; я хватаю Тракана за перед его покрытий и поднимаю его в воздух. Я притягиваю его ближе, чтобы прорычать свои слова ему в лицо.

— Сейчас ты снимешь ошейник!

— Эй, Бек, успокойся, приятель…

— Сейчас же, — говорю я убийственным голосом. Меня трясет от ярости.

Он причинил боль женщине. Причинил ей боль. Все потому, что она испугалась и попыталась убежать. Неужели он действительно думал, что она далеко зайдет? Я думаю о вялом выражении ее маленького грязного личика, о холоде ее тонких рук. Кровь запеклась у нее на ногах.

И этот глупец решил, что она представляет такую угрозу, что причинил ей такую боль, что у нее отключился разум. Мой собственный разум вот-вот оцепенеет от ярости. Мне требуется все, что у меня есть, чтобы контролировать себя.

Меня тошнит от того, что я считал этого человека своим другом.

Тракан без умолку болтает о том, что ошейник был не его идеей, но я почти не слушаю. Я встряхиваю его.

— Сними это с нее. Сейчас же.

— Сначала ты должен опустить меня, — кричит он.

Я отпускаю его и смотрю на других женщин, которые, съежившись, столпились в углу.

— Кто еще носит ошейник?

— Только Элли, — говорит мне та, которую зовут Чейл. — У нас все в порядке.

Я хмыкаю. Мне начинает казаться, что все это очень «не в порядке».

Я скрещиваю руки на груди и жду, наблюдая, как Тракан подходит к маленькой самке и снимает с нее ошейник. Он кладет его в карман, но я протягиваю за ним руку.

Как провинившийся ребенок, он опускает плечи и передает его мне. Я видел это на женщине и подумал, что это не что иное, как украшение. Теперь я знаю лучше. Я осматриваю его и нежные части с другой стороны. Я сминаю все это в руке, радуясь, когда оно издает хрустящий звук, и бросаю его на землю.

— Есть ли другие вещи, похожие на этот ошейник? — холодно спрашиваю я Тракана.

 — Лучше скажи мне сейчас.

— Больше ничего. Он прав. — В ее голосе стало немного больше уверенности. — С Элли все в порядке?

— Ей нужен целитель, — говорю я, и поскольку Тракан не двигается, я свирепо смотрю на него. — Ну?

— Нири? — спрашивает он, одергивая переднюю часть своих покрытий. — Зачем?

— Чтобы вылечить ее ноги. — Я указываю на них жестом. — Она поранилась, выйдя на улицу.