Сердце Гарри бешенно колотилось, когда он шел на слабый луч света, проникавшему в коридор. Дойдя до порога своей спальни, он заглянул внутрь.
Поппи сидела на кровати, на коленях ее лежала раскрытая книга.
Гарри жадно разглядывал девушку, отметив целомудренную белую ночную рубашку, кружева на рукавах, и шелковистую косу, перекинутую через плечо. На щеках его жены горел румянец. Она сидела, подтянув к себе коленки, накрытые покрывалом, и выглядела такой милой, нежной, чистой.
Неистовое желание охватило Гарри.
Он боялся пошевелиться, боялся, что может наброситься на нее, позабыв о ее девичьей чувствительности. Ошеломленный силой своей страсти, Гарри попытался обуздать ее. Он оторвал взгляд от Поппи и уставился в пол, стараясь вернуть самообладание.
– Моя спальня повреждена, – услышал он робкий голос. – Потолок...
– Я слышал, -голос Ратледжа был низким и хриплым.
– Мне жаль доставлять вам неудобства...
– Это не ваша вина, – Гарри заставил себя снова посмотреть на Поппи. Ошибка.
Она была так мила, так беспомощна, тонкая шея дернулась, когда она сглотнула. Ему хотелось взять ее силой, возбуждение стучало безжалостным пульсом во всем его разгоряченном теле.
– Ты можешь лечь спать где-нибудь еще? – выдавила девушка.
Гарри покачал головой.
– Все номера заняты, – буркнул он.
Поппи молчала, не поднимая глаз от книги, лежавшей перед ней.
И Гарри, у которого никогда не было проблем с речью, пришлось сражаться со словами так, как будто они рушились на него кирпичной стеной:
– Поппи.
.. рано или поздно... тебе придется позволить мне...
– Я понимаю, – прошептала она, так и не подняв склоненной головы.
Разум Гарри затуманился, его охватил жар. Он собирался взять ее, сейчас, здесь. Но, не успев сделать и шага в сторону кровати, он увидел, что кончики пальцев Поппи побелели – так сильно она вцепилась в книгу. Она не смотрела на него.
Поппи не хотела его.
Какого черта это было важно, не мог он понять.
Но это было важно.
Проклятье.
Ему потребовалась вся сила воли, но Гарри удалось холодно произнести:
– Вероятно, как-нибудь в другой раз. Сегодня у меня нет настроения обучать вас.
Выйдя из спальни, он направился в ванную, где умылся и окатил себя холодной водой. Неоднократно.
– Ну? – спросил шеф-повар Бруссар на следующее утро, как только Джейк Валентайн вошел в кухню.
Миссис Пеннивистл и повар-кондитер Руперт, стоявшие у длинного стола, тоже вопросительно посмотрели на вошедшего.
