В мгновение ока, решив, что Беатрис представляет собой более серьезную проблему, она развернулась, и с неподобающей леди руганью помчалась вслед за своей подопечной.
Гарри обнаружил, что его оставили наедине с Поппи, которую, как и ее сестру, похоже, совершенно не возмущали обезьяньи выходки. Они посмотрели друг на друга: он с рапирой в руке, она со своим зонтиком.
Поппи оглядела его фехтовальный костюм и вместо того, чтобы застенчиво промолчать или проявить подходящую к случаю нервозность юной леди, оставшейся без защиты компаньонки.
..она начала разговор.
– Мой отец называл фехтование ""физическими шахматами"", – произнесла она. – Ему очень нравился этот спорт.
– Я пока еще новичок, – признался Гарри.
– По словам моего отца, весь фокус в том, чтобы держать рапиру так, словно это птица у вас в руке: достаточно крепко, чтобы не дать ей улететь, но и не слишком жестко, чтобы не раздавить ее.
– Он давал вам уроки?
– О, да, мой папа всех своих дочерей пытался научить фехтовать. Он говорил, что не знает ни одного другого вида спорта, который бы так точно подходил женщинам.
– Конечно. Женщины сообразительны и быстры.
Поппи кисло улыбнулась:
– По-видимому, недостаточно, чтобы ускользнуть от вас.
Сухому юмору этого единственного комментария удалось мягко высмеять и его, и ее саму.
Каким-то образом они оказались, ближе друг к другу, хотя Гарри не был уверен, кто кому шагнул навстречу. От девушки исходил восхитительный аромат: волнующий запах ее кожи, духов и мыла. Вспомнив, как мягок был ее рот, он вновь так сильно захотел поцеловать ее, что едва сдержался, чтобы не потянуться к ней.
Гарри был ошеломлен, осознав, что слегка задыхается.
– Сэр! – Голос Валентайна вернул его к действительности. – Макака лезет вверх по веревке.
– Там ей некуда деваться, – резко сказал он. – Попробуйте сдвинуть подьемник и поймать ее под потолком.
– Вы навредите животному! – воскликнул нарайец."
"– Я могу только надеяться на это, – проворчал Гарри, раздраженный вмешательством. Он не желал утруждать себя организацией поимки непокорной макаки.
Он хотел побыть наедине с Поппи Хатауэй.
С крайней осторожностью, неся ружье Дрейзе, появился Уильям Каллип.
– Мистер Ратледж, вот оно!
– Спасибо. – Гарри потянулся было к ружью, но в ту же секунду Поппи подалась назад в бессознательном испуге, ее плечо врезалось ему в грудь. Гарри поймал ее за руки и почувствовал сотрясающую ее паническую дрожь. Он осторожно развернул девушку к себе. Ее лицо побледнело, в глазах был страх.
