– Не беспокойся, Поппи. Мы будем настолько приличными и степенными, что нас смело можно будет назвать скучнейшим семейством.
– Спасибо, – горячо поблагодарила Поппи.
– Я тоже должна быть скучной? – спросила Беатрис мисс Маркс, и та решительно кивнула ей в ответ.
Беатрис со вздохом подошла к столу, расположенному в углу комнаты, и принялась опустошать свои карманы.
Раздался стук в дверь, и Поппи почувствовала, как у нее внутри все сжалось.
– Это он, – прерывисто прошептала она.
– Я встречу его, – сказала мисс Маркс.
Она послала Поппи быструю ободряющую улыбку. – Дышите, дорогая.
Поппи кивнула и постаралась взять себя в руки. Она заметила, как Амелия и Кэм обменялись взглядами, смысл которых она не смогла расшифровать. Взаимопонимание между этой парой было таким полным, что казалось, они могут читать мысли друг друга.
С улыбкой она вспомнила слова Беатрис, что кролики счастливы именно в паре. Беатрис была права – Поппи очень хотела быть любимой, быть частью пары. И она так долго ждала, но все еще была не замужем, хотя подруги ее возраста уже не только имели мужей, но и двух-трех детей в придачу.
Наверное, это судьба всех Хатауэев – встретить свою любовь скорее позже, чем раньше.
Ее размышления прервало появление Майкла, он поклонился, приветствуя присутствующих. Но весь его вид был таким мрачным, что радость, которую еще минуту назад испытывала Поппи, испарилась в одно мгновение. Его лицо было белым, как мел, глаза покраснели, словно он не спал всю ночь. Молодой человек выглядел совершенно больным.
– Мистер Бэйнинг, – тихо спросила она, ее сердце забилось, как птица в клетке. – Вы хорошо себя чувствуете? Что-то случилось?
Он поднял взгляд на ее родных. Карие глаза Майкла, обычно такие теплые, сейчас были пустыми и безрадостными."
"– Прошу прощения, – хрипло выдавил он. – Я не знаю, что сказать. – Казалось, даже дыхание с трудом вырывалось из его горла. – Я в весьма... весьма затруднительном... это просто невыносимо. – Его взгляд остановился на Поппи. – Мисс Хатауэй, мне нужно поговорить с вами.
Не уверен, что это возможно, но могли бы мы ненадолго остаться одни?
Гнетущая тишина стала ответом на его вопрос. Взгляд Кэма, устремленный на молодого человека, не поддавался пониманию, Амелия же слегка потрясла головой, словно отрицая происходящее.
– Боюсь, это будет не совсем прилично, мистер Бэйнинг, – отозвалась мисс Маркс. – Мы должны заботиться о репутации мисс Хатауэй.
– Конечно, – он провел рукой по лбу, и Поппи поняла, что его пальцы дрожат.
