Тут Хантер спохватился: он до сих пор ничего не ответил Рейну. Он перестал нервно расхаживать по комнате и уселся на стул.
— Конечно ходил. Кто-то же должен был за ним присмотреть, а от вас с Сином нет никакого проку, когда речь идет о развлечениях такого рода.
Ни один из джентльменов не обиделся на его умозаключение. Син задумчиво взял бронзовый, с покрытой синей эмалью ручкой нож для разрезания бумаги и попробовал пальцем остроту украшенного узорами лезвия."
"— То были безумные годы, — признал он, предусмотрительно бросив взгляд в сторону двери: получилось бы очень неловко, если бы дамы решили присоединиться к ним в этот самый момент.
Джулиане хорошо была известна былая репутация супруга как неотразимого соблазнителя, но Син любил жену до беспамятства и ни за что не хотел бы сказать или сделать что-нибудь такое, что ее огорчило бы. — Не раскаиваюсь в том, что было, однако то, что мне удалось создать с Джулианой, я на те годы не променяю.
— В этом я с тобой солидарен, — поддержал его Рейн, с нарастающим раздражением вглядываясь в спину Хантера.
Настал миг, когда Хантер больше не мог вынести этого сверлящего взгляда графа.
— Вы чем-то недовольны, братцы? Если хочешь что-то сказать мне, Рейн, так говори прямо, не стесняйся.
Смотреть на него таким хищным взглядом умела только покойная бабушка. Обычно это случалось, когда он вызывал недовольство старой леди какой-нибудь шалостью или ложью.
Рейн вопросительно посмотрел на Сина, и тот пожал плечами:
— Он туповат, конечно, но ты все-таки попробуй.
— Если желаете посекретничать, я тогда лучше пойду к дамам. Бог свидетель, они рассуждают куда разумнее, чем вы, кретины самодовольные, — заявил Хантер и сделал вид, что хочет подняться со стула.
— Сиди, — велел ему Рейн и толкнул Хантера, не давая ему встать. — Мне не полагалось бы вмешиваться, но я видел, как барахтались Сэйнт и Вейн, пока ухаживали за своими невестами, и мне хочется уберечь тебя от таких душераздирающих сцен.
— Разумный подход — прежде всего, — язвительно вставил Син.
— Э, да это же по сути девиз «порочных лордов»!
Хантер хмыкнул. На самом деле девиз «порочных лордов», который они утвердили, открыв клуб «Нокс», звучал так: «Virtus Deseritur».По-латыни это означает: «Прощай, добродетель!» Это был еще один аргумент против его женитьбы на невинной леди Грейс.
Будь бабушка до сих пор жива, нынешние затруднения внука немало бы ее позабавили.
— Помолчи. — Рейн бросил предостерегающий взгляд на Сина.
