— Не пойму, о чем ты говоришь, — отозвался Хантер, прикидываясь невинной овечкой.
Сегодня вечером везло, похоже, Дэру: он выигрывал. Теперь был его ход, но это не помешало ему поддержать разговор.
— Думается, Син говорит о том, что ты хочешь пренебречь нашим единодушным советом и отправиться на бал к лорду и леди Лавлейс.
Хантер с досадой поглядел на свои слабые карты. Черт побери, если так пойдет и дальше, Дэр их всех сделает нищими!"
"— Я бы не советовал, — подал голос Рейн, выразительно посмотрев на Хантера.
— Не будет никакой пользы, если ты ворвешься в бальную залу и поссоришься с матушкой Вейна из-за воображаемого оскорбления, нанесенного тебе.
— Зато я почувствую себя гораздо лучше, — стал оправдываться Хантер. — К тому же оскорбление вовсе не воображаемое. Леди Нетерли надлежало соблюсти приличия и известить меня о том, что моя невеста приехала в Лондон.
— Ясно ведь, что у маркизы были свои резоны не сообщать тебе об этом, — задумчиво проговорил Дэр. — А если станешь дерзить ей на глазах всего света, ты не заручишься поддержкой пожилой дамы.
— Я уж не говорю о том, что Вейн тебе язык подрежет, если станешь обижать его матушку, — заметил Син.
— Я никого еще не обидел. Пока. — Хантер, крайне недовольный и своими картами, и этим разговором, сложил карты и швырнул их на стол. — Ничья поддержка не потребуется, стоит только перехватить леди Грейс. Мне она вынуждена будет подчиниться.
Син, Дэр и Рейн дружно хмыкнули. Дэр даже покачал головой, видя, что Хантер так ничего и не понял.
— Друг мой, я бы воздержался от таких слов, как «подчиниться», пока ты не обвенчался с девушкой.
— Женщины — существа капризные, — кивнул Рейн. — Если их рассердить, они склонны делать все наоборот.
— Я — человек рассудительный. — Хантер шутливо поднял руки, как бы сдаваясь. — Если крошка станет вести себя прилично, мы с ней поладим.
— Ты, — указал на него пальцем Син, — никогда не проявлял рассудительности, коль скоро речь заходила об этой самой леди.
Ты даже не в силах вымолвить вслух ее имя.
— Не смеши меня, — фыркнул Хантер, не желая признавать, что маркиз сказал, по сути, чистую правду. — Леди Грейс. Вот тебе. Ну что? Теперь ты удовлетворен?
— Ага. А ты вот никогда не будешь удовлетворен, если и дальше будешь вести себя как свинья, — парировал Син, и все трое от души посмеялись, считая, что Хантер ничего толком не понимает в женщинах.
Ладно, с него хватит. Хантер поднялся со стула.
— Я еду на бал.
