— Боже правый, что вы делаете с этой девушкой?
Леди Грейс застыла, глаза ее от неожиданности широко распахнулись.
Негодование, звеневшее в голосе швеи, произвело такое же действие, как ведро ледяной воды, которым окатывают зимой. Хантер еще раз поцеловал леди Грейс в безвольно раскрытые губы, повернул голову и посмотрел через плечо. Он закрывал собой будущую супругу от любопытных взоров, а кроме того не хотел демонстрировать посторонним овладевшее им телесное возбуждение.
Явно назревал скандал.
Он-то мог снести это с небрежной ухмылкой, но леди Грейс готова была провалиться сквозь землю от такого унижения.
— А вы сами как думаете? — прорычал он, надеясь, что свирепый тон заставит женщину ретироваться.
— Вам здесь делать совершенно нечего, — заявила та.
Хантер выругался про себя. Положительно, сегодня ему встречаются только упрямые женщины.
— Я вам сказала то же самое, когда вы вошли, — пробормотала леди Грейс.
— Тихо! — Хантер смягчил повелительный тон поцелуем в щеку, а негодующей швее сказал: — Так как вы сами думаете? Я ухаживаю за своей женой.
— Я вам не жена, — прошептала леди Грейс.
— Пока, — произнес он так, чтобы никто, кроме нее, не услышал.
Грейс дернулась, и Хантер запоздало сообразил, что все еще удерживает ее за руки. Он отпустил запястья и быстро наклонился, чтобы поднять брошенное на пол платье. Однако он не предложил его леди Грейс, а держал перед собой, закрывая брюки: возбуждение не улеглось даже теперь, когда его застали в столь щекотливом положении.
— Знаете, ваше сиятельство, таким ухаживанием лучше заниматься у себя в спальне, — резко произнесла портниха.
— У нас приличное заведение. Таких глупостей мы здесь не потерпим.
До Хантера донесся приглушенный смех. Реган. Ему она в такой ситуации ни за что не позволила бы выйти сухим из воды, но он надеялся, что к своей подруге она будет добрее. Он бросил взгляд на Грейс: ее щеки все еще заливал румянец.
— Ну, тогда... я... — Он откашлялся. — Подожду снаружи, пока вы закончите с моей женой.
Он специально подчеркнул последнее слово, чтобы все это не выглядело так унизительно.
Кто знает, не станет ли портниха упрекать ее, когда они останутся в примерочной вдвоем? К счастью, упрямая невеста на сей раз не стала ему перечить.
— Так-то оно и лучше, — проворчала портниха, забирая у Хантера смятое платье. Она выразительно посмотрела на его брюки, и Хантер впервые ощутил, что его щеки запылали от смущения. — Если будете подальше от своей леди, вам, глядишь, и полегчает.
