Искушенные обманом

– в голосе Филиппа слышится боль, он тоже на грани срыва.

Их сострадание и эмоции отскакивают от моей груди и исчезают. Они не способны проникнуть в мое оцепенелое состояние или спровоцировать горе, которое должно быть выпущено наружу.

– Мы можем получить второе мнение.… – Стефани замолкает, когда Филипп качает головой.

– Можно мне побыть одной? – шепчу я апатичным тоном, который не узнаю.

– С тобой все будет в порядке? – спрашивает Стефани.

Я небрежно киваю.

– Позвони нам, если тебе что-нибудь понадобится.

– говорит Филипп голосом, полным сочувствия.

Я не могу заставить себя пошевелить конечностями, поэтому смотрю на них, пока они не выходят и не закрывают за собой дверь.

Мой взгляд скользит к моей загипсованной ноге, поддерживаемой в воздухе. Моя бесполезная сломанная нога, которая положила конец всему.

Мне так и не удалось показать миру мою Жизель. Ее убили еще до того, как она родилась.

И с ее смертью все мои мечты и механизмы совладания исчезли.

Я тяну за ногу, пока она не падает с клина на кровать. Боль взрывается от этого, но я как будто попала в альтернативную реальность.

Мои движения роботизированы – даже механичны, – когда я сажусь и выдергиваю трубку капельницы из запястья. Капельки крови стекают по моей руке, но я почти не чувствую боли.

Я опускаю здоровую ногу на пол и встаю на нее, позволяя сломанной упасть с болезненным стуком."

"Волоча ее за собой, я осторожно ковыляю к окну и открыла его.

Холодный зимний воздух откидывает мои волосы назад, когда я подтягиваю стул и использую его, чтобы взобраться на карниз, прихватив с собой гипс. Вспышки боли пульсируют сильнее с каждым движением, но я не обращаю на них внимания.

Скоро все это закончится.

Ледяной воздух просачивается сквозь мой тонкий больничный халат, когда я смотрю вниз на движущиеся машины. С такой высоты они похожи на муравьев. По крайней мере, на десять этажей сверху.

Было бы достаточно легко закончить все, чтобы я не чувствовала себя онемевшей и бесчувственной.

Один шаг.

Один вдох.

И все будет кончено.

Я буду свободна.

– Лия.

Звук моего имени с этим голосом рассеивает мои мысли на долю секунды. Я смотрю через плечо и вижу Адриана, стоящего недалеко от меня.

Сначала я думаю, что это иллюзия. Что все это – способ моего мозга увидеть его в последний раз, прежде чем все закончится.

Но боль в гипсе доказывает, что это реально.