Искушённый

Она все так же настойчиво шла к своей цели! И он все чаще стал задумываться о том, что она могла вырасти и находясь с ним рядом. Или… ту Лейлу он бы задавил своей авторитарностью? Что, если бы собственник в нем не оставил ей шанса стать той женщиной, которую он видит сейчас? Той, которая каким-то образом так прочно ухватила его за яйца? Если раньше его отношение к Лейле было замешано на похоти, на бесконтрольном желании защищать и контролировать, то теперь на первый план вышло совсем другое.

Желание быть с равной себе по духу. С человеком, которого ощущаешь, как собственное продолжение. Идеально ощущаешь рядом с собой.

Он долго сидел, уставившись в одну точку. Тень от деревьев спасала не слишком. Пот крупными каплями собирался на лбу и стекал по позвоночнику. Мерзкое чувство. Сеничкин встал. Почему-то вспомнил, как годы назад воевал… Пустыня, жара, песок… повсюду песок. И взрывы, и пулеметные очереди… Лейла спросила, убивал ли он… Но что его поразило, так это то, как спокойно она отнеслась к данному факту его биографии.

Она так много про него понимала… Так много. И, кажется, принимала его любым. А эта готовность защитить? Стать плечом к плечу, абсолютно не задумываясь, а против кого, собственно, они выступают?

Сергей смахнул пот и двинулся к небольшому торговому центру неподалеку. Ужасно хотелось пить. После раскаленного пекла улицы прохлада в магазине ощущалась почти что раем. В тупике стояло несколько холодильников с прохладительными напитками.

Сергей достал бутылку Боржом и, не дожидаясь оплаты, скрутил крышку. Отпил. Пузырьки газа царапнули пересохшее горло. От холода свело зубы. Хорошо. В проходе у самых касс обнаружились холодильники с мороженым. Генерал взял коробку фисташкового. Расплатился. Вышел из магазина, растыкивая мелочь по карманам, и вдруг уткнулся взглядом в яркую вывеску магазина интим-товаров. Хмыкнул, но все же толкнул довольно тяжелую дверь.

Когда он вернулся домой, открыв дверь выданными накануне ключами, Лейла что-то готовила. Увидев его, она замерла. Отбросила в сторону деревянную лопаточку, которой что-то помешивала в небольшой жаровне и, вытерев руки полотенцем, вышла к нему навстречу:

- Сереж, извини, я была не права… Не стоило мне на тебя давить, в конце концов, сколько тут прошло времени, и вообще…

- Тс! Не тараторь… На, вот, лучше мороженое в морозильник поставь.