"
"– А чем отработать-то? Телом?
Я внимательно посмотрела на Кристину и заговорила крайне раздраженным голосом:
– Нет. Я должна отработать в его кафе. Кристина, а ты к Петьке неравнодушна, что ли?
– Кто тебе сказал?
– Да я чувствую. Мне Петька твой и даром не нужен. Не переживай. Да я и не понимаю, зачем он тебе? От таких мужиков, между прочим, лучше держаться подальше. Он свою жену знаешь как лупит. А мужик, который поднимает руку на женщину, – это так, тряпка половая, а не мужик.
Одно название.
Не став дожидаться ответной Кристининой реплики, я встала со скамейки и пошла к себе переодеваться. Надев купальник, я подумала, что мне не хватает большого зеркала, и посмотрелась в маленькое, которое было у меня в пудренице. Конечно, в это зеркальце ничего не было видно, но я чувствовала, что купальник сидит просто великолепно. Я надела новенький пляжный сарафан, накрасила губы, хорошенько расчесала волосы и, взяв в руки кепку и полотенце, вышла на улицу.
– Настя, дай хоть на тебя посмотреть, – позвала меня Кристина.
– Что на меня смотреть? Я же не музейный экспонат!
– Да не обижайся ты, я тебя к Петьке не ревную. Он мне и в самом деле не нужен. Я же себя уважаю. Мужик с меня за сарай такие деньги берет, а я с ним еще за это спать должна.
– А что тебя тогда так закусило, что я и за жилье не плачу и шмотки он мне купил? – спросила я Кристину в упор.
– Просто, понимаешь, он мне такие знаки внимания оказывает, что я подумала, может, я и в самом деле ему нравлюсь.
А теперь вижу, что он и к тебе неравнодушен.
– Ты что, не видишь, что Петя кобель?! Ему разницы нет, к кому клеиться. Какая разница, кто? Я, ты или другая? У него все женщины на одно лицо, только бы кто-то дал потрахаться.
– Настя, ты шикарно выглядишь, – попыталась загладить свою вину Кристина.
– Стараюсь, – улыбнувшись, ответила я и посмотрела на проходящую мимо меня женщину.
– Это Тоня, Петькина жена, – почти шепотом объяснила мне Кристина и посмотрела вслед женщине.
– Расстроенная что-то пошла. Я же тебе говорила, что она серая мышка.
– Да разве при таком муже можно быть другой? – грустно сказала я и пошла на пляж.
На пляже действительно было слишком много народа, и мечтать о том, чтобы расстелить свое полотенце, лечь на него и загорать, даже не приходилось. Сняв с себя сарафан, я надела свою яркую кепку и принялась загорать стоя.
