Искусство убивать

Мисс Нил постучала в стекло автомобиля кулаком, в котором все еще был зажат носовой платок. Уна сделала третью попытку, и на этот раз двигатель послушался. Машина тронулась с места. Вдогонку Уне неслись крики:

– Кто вы такая? Что вам…

Я выкинула мерзостный пакет с окровавленной лапой в мусорный ящик позади отеля, пошла на станцию и взяла билет на ближайший поезд в Лидс. В пути я достала записную книжку и сделала несколько записей на странице под буквой «У», имея в виду «убийство». Сумочку я держала все время при себе, так как в ней был кожаный мешочек с капсулами, который я достала из-под пола в Стайлзе.

У меня был составлен список ядов, имевшихся в моем распоряжении.

Я всегда питала слабость к белладонне и восхищалась ее красивым названием – или, точнее, названиями: красавка, сонная одурь, бешеная вишня, сатанинская ягода. Меня привлекало и то, что, помимо выполнения своей смертоносной функции (полагают, что император Август угощал белладонной ничего не подозревавших врагов), она может быть использована во благо человека.

Женщины капали ее в глаза, придавая своему взгляду бо́льшую соблазнительность; в хирургии она использовалась в качестве обезболивающего средства.

Другим обманчиво безопасным средством являются калабарские бобы – маленькие фасолинки шоколадного цвета. Они не имеют вкуса и запаха, однако, попав в организм, вызывают повышенное слюноотделение, неспособность контролировать работу кишечника, мочевого пузыря и органов дыхания, а затем смерть от удушья.

Примечательно, что при правильном совместном употреблении атропина, содержащегося в белладонне, и физостигмина из калабарских бобов они нейтрализуют друг друга. Но при этом надо предельно точно отмерять дозы, как пишет в своей исключительно полезной статье Томас Фрейзер. Атропин может спасти жизнь, если количество физостигмина в три с половиной раза превышает смертельную дозу, но ускоряет гибель при употреблении его в количестве, превышающем смертельную дозу в четыре раза и больше.

Но в данном случае ни тот ни другой яд не подходил. Нужно было средство, имитирующее естественную смерть. Просмотрев список ядовитых веществ и их свойств, я пришла к выводу, что годится только одно из них: тетродотоксин.

Впервые я узнала об этом средстве от одного чудака в 1922 году, во время тура по Южной Африке. Однажды за обедом Белчер, назначенный руководителем нашей группы, стал расписывать в красках мое пристрастие к ядам.