Искусство управлять людьми

Маша перекрасила волосы, сменила стрижку, обновила гардероб, отрефрейминговала паттерны поведения. И как-то вдруг все увидели в ней «специалиста высшей квалификации». Прониклись уважением и почтением. И она расслабилась.

А тут Андрей. Для которого Маша — банальная «грелка во весь рост». Почему-то Горская считала, что она для Вереина нечто большее. Какая непростительная самонадеянность.

Она вновь шмыгнула носом. Голова разболелась еще сильнее. Надо бы сходить, выпить какую-нибудь таблетку, что ли…

Валера, особенно в первые годы совместной работы, часто напоминал в контексте выстраивания профессионального поведения Горской, что мужчины — существа нежные и глубоко уязвимые, когда речь заходит об их бережно лелеемом эго.

Он даже аргументы приводил, поясняя, что на мужчину с раннего детства обществом возлагается ответственность. Девочке прощаются слезы и капризы, потому что она девочка. А мальчик с рождения обязан быть Мужчиной. И соответствовать кодексу поведения. «Не реви, ты же мужчина!» «Не трусь, ты же мужчина!» «Терпи, мужчина ты или кто?» Поэтому мужчина всегда, до самой старости, в глубине души переживает: «А в достаточной ли мере я мужчина?» Хочешь навсегда потерять клиента, говорил Валера, пройдись по его самолюбию. Почему Маша посчитала, что Мегадрон — другой? Что он достаточно силен и уверен в себе, чтобы выдержать прямой и откровенный разговор? Глупая, наивная Маша. Она пыталась впихнуть в его голову невпихуемое. Отрыть глаза слепо-глухо-немому на музыку Моцарта. Заставить задуматься спортсмена.

Когда до Горской дошло, что разговор зашел не в ту степь, она попыталась успокоить Андрея. Но то ли слова были неудачные, то ли на торнадо уговоры не действуют… Когда Вереин вылетел из ресторана, Маша даже не сразу поняла, что произошло. Действительность обрушилась на нее, как снежная лавина на лыжника. Разве этого она хотела, когда вертелась перед зеркалом, выбирая платье? Разве таким она видела завершение этого вечера? Она думала, что они с Андреем поговорят как… как положено близким людям.

Может, поспорят, как Женька с Лизой. А потом…

Маша, дура, побежала следом. Она же не хотела его обидеть. Он же должен понять…

Никому он ничего не должен.

Нужно всё же выпить таблетку.

Маша встала и направилась на кухню, где хранилась аптечка. Но не дошла. Потому что раздался звонок в дверь.

Маша пошла открывать, боясь верить. Она специально не стала смотреть в глазок. Чтобы не сглазить.

Можно было не стараться. За дверью стоял довольный Валера.