Мне нужно было создать впечатление, что моя жизнь вернулась в прежнее русло. Все выяснено. Счастливо. С мужчиной под руку.
Объективно я понимала, как глупо все это звучит, я не должна оценивать себя с точки зрения наличия мужчины, выглядеть стройнее или иметь чистую кожу. Но, Боже, я знала, что именно это будут делать все остальные.
Я покачала головой, пытаясь выбросить эти мысли из головы, но только усугубила ситуацию тем, что моя голова продолжала кружиться. Мое тело кричало на меня о чем-то, о чем угодно, что могло бы успокоить пустоту в моем животе.
Вода. Это помогло бы.
Схватив телефон и сунув значок в карман своих верблюжьих брюк, я встала на более слабые ноги, чем мне бы хотелось, и вышла из офиса. Дальше по коридору был один из тех диспенсеров для воды. Еще три пропущенных звонка от моей сестры. С учетом разницы во времени, она бы уже спала.
Лина: Lo siento, bridezilla. (Прости, капризная невеста). * эмодзи сумасшедшего лица*
Я напечатала, и текст на секунду расплылся. Я остановилась, пытаясь снова сфокусировать взгляд на экране.
Лина:Hablamos ma~nana, vale? (Я поговорю с тобой завтра, окей?)
Я продолжила, но символы на экране начали танцевать. Мои пальцы потеряли всякую уверенность, колеблясь над клавиатурой устройства. Мое зрение удвоилось, а затем затуманилось, не сумев четко определить слова, которые, как мне казалось, я печатала, когда они появлялись в текстовом пузыре.
Дрожащий вздох сорвался с моих губ, когда я попыталась нажать «Отправить».
Вода. Это то, что мне нужно.
Моя голова оторвалась от телефона, и мои ноги снова возобновили движение, унося меня на несколько футов по коридору. Я знала, что автомат с водой был прямо там, вероятно, примерно в пяти или шести шагах впереди меня. Но белые пятна рассеялись по моему зрению, и все на секунду исчезло. Побелело. Затем коридор, освещенный флуоресцентными лампами, вернулся, сужаясь, уходя в туннель.
— Ого, — услышала я свой собственный шепот.
Я совершенно не осознавала того факта, что мои ноги продолжали двигаться вперед, пока мне не пришлось балансировать, опираясь рукой о стену.
— Oh mierda (О черт), — я споткнулась.
Мои веки затрепетали, закрываясь, и я почувствовала, как вся кровь прилила к моему лицу, оставляя меня одурманенной и неуравновешенной. Я заставила себя снова открыть глаза. Но все, что я видела, было белым. Белая и туманная пелена, которая покрывала все передо мной. Хотя, возможно, это была стена. Я не могла быть уверенной.
Я… Я облажалась. Уже поздно.
