– Будь моей, или я отымею тебя прямо здесь так сильно, так быстро, что этот мужчина будет звать на помощь, когда ты кончишь мне на пальцы.
Мои бедра сжимаются, губы приоткрываются.
Мое лицо, должно быть, такое же красное, как кровь, но выражение Эйдена остается неизменным.
Как он может оставаться таким спокойным после тех грубых слов, которые он сказал? Как он может вызвать бунт в моем теле простыми словами?
– Это означает да, Отмороженная?
– Нет, – слово срывается с моих губ шепотом.
– Хм. – Его пальцы скользят вверх по моему бедру.
– А я и не знал, что ты эксгибиционистка, сладкая. Тебя заводит, что нас могут поймать в любую минуту? Что этот мужчина может повернуться прямо сейчас. – Он гладит внутреннюю сторону моего бедра, его большой палец замирает над краем моего нижнего белья. – Или сейчас.
Я брыкаюсь ногами, пытаясь оттолкнуть его, но он лишь крепче сжимает пальцы.
Я закрываю глаза, чтобы избавиться от навязчивого ощущения. Каждая клеточка моей логики желает, чтобы я ненавидела это, считала это насилием, но… является ли это насилием, если я хочу, чтобы он протянул руку дальше? Является ли это насилием, если его грязные слова вызывают неконтролируемую пульсацию у меня между ног?
Он наклоняется так, что его горячее дыхание касается моего горла.
Мурашки пробегают по моей коже, когда он шепчет низким, хрипловатым голосом:
– Скажи да.
– Эйден… – я замолкаю, не зная, что хочу ему сказать. Приказать остановиться? Или продолжить?
– Это не то слово. Мне нужно, чтобы ты сказала да.
– Зачем? – Я не узнаю свой хриплый голос.
– Скажи это, Эльза, – он все еще говорит мне в горло, и я отклоняюсь в сторону, словно предоставляя ему больший доступ."
"– Ты знаешь, я мог бы угрожать компании твоей семьи. Я знаю, что «Кинг Энтерпрайзес» является их крупнейшим подрядчиком, они будут бороться и в конечном итоге обанкротятся с той суммой, которую они в настоящее время задолжали банку. У меня есть информация, которая заставит Кимберли добровольно надеть поводок себе на шею и держаться подальше от тебя.
Единственная причина, по которой я еще не разрушил твою жизнь, заключается в том, что я ждал нужного момента. Если я захочу, я поставлю под угрозу все, что ты любишь, и у тебя не будет другого выбора, кроме как упасть к моим ногам.
С каждым его словом мои глаза наполняются слезами.
Я хочу верить, что он не смог бы сделать то, что сказал, что все это пустые угрозы.
Но это Эйден. Он никогда не обещал чего-то, чего не мог выполнить.
