Айдаров прищурился, а после подался вперед так, что мне не оставалось ничего кроме, как вжаться в стену. Бояться его я не перестала. Тем более тогда, когда он так смотрел. Что аж душу на изнанку выворачивало.
— Что это, Лиза, ревность? — Мужик вопросительно выгнул бровь, а я громко сглотнула."
"— Не дождешься, — выплюнула в ответ. Мой голос начинает звучать громче. Сердце то и дело ударяется о ребра. Я не знаю что это. Даже думать не хочу, что ревность. Потому что… Потому что в таком случаи получается, что я в полном дерьме.
Получается, что у меня что-то есть к этому мужчине… А я совершенно этого не хочу!
— Кажется уже дождался, — криво усмехается, а после наклоняется так, что его горячее дыхание обжигает кожу лица. Мамочки… мое сердце сейчас вообще биться перестанет. Трусливо упадет в пятки и не станет подавать признаков жизни.
""Ловите промик на очень горячий и опасный роман=)) ""Моя за долги "" Ярл Конг coVmzZXr""
Мои глаза распахиваются настолько широко, что кажется я не смогу даже моргнуть.
— Я… что… ты…
— Устраиваешь мне сцену ревности на людях.
Ведешь себя как капризный ребенок. Ты ведь вполне могла дождаться пока мы сядем в машину, но решила повеселить всех вокруг.
— Ой, прости, не могла… Ведь сесть с тобой в машину — означает находиться с тобой в одном пространстве! А мне мерзко, понял?! Что если я пойду и с кем-то…
Взвизгиваю, потому что Айдаров в этот момент со всей дури заезжает кулаком в стену над моей головой. Зажмуриваюсь и сжимаюсь в маленький комочек.
— Я стараюсь быть терпеливым, девочка.
Но очень сложно это делать, когда ты провоцируешь каждую секунду.
Его дыхание утяжеляется, я это прекрасно слышу, понимаю, что он в бешенстве. Но, а я не могла по другому. Это мерзко, противно, отвратительно! Значит он не хочет чтобы ко мне кто-то прикасался. Угрожает физической расправой, а сам получается…
— Это нечестно, — глубоко вдыхаю и поднимаю лицо вверх, впиваюсь взглядом в его глаза, — не честно, когда у меня есть запреты, а ты себе позволяешь все что хочешь.
— Жизнь вообще не справедлива, — его голос холодный. Как хирургический скальпель, который причиняет боль. Физическую. Хочется плакать. До крика. До ужаса. До громких всхлипов.
— Я хочу тоже поставить условие, — сдерживаю рыдания, сжимаю пальцы в кулаки так, что ногтями впиваюсь в собственные ладони. До жгучей боли. Это отрезвляет лучше всего.
— Условие? — В его голосе слышится удивление, смешанное с интересом.
— Да, заключим договор на словах. Хочу, чтобы ты знал.
