Глава 17
На часах была половина пятого вечера, когда он приехал в перинатальный центр, прошел в приемную и уточнил там, где можно видеть Юлия Лазаревича Фейшелевича. Вейдеманис ждал его на улице в машине.
— Доктор сегодня не принимает, — ответила молодая медсестра, сидевшая в приемном отделении.
— Вы считаете, что мне нужен врач-гинеколог? — осведомился Дронго. — Неужели вы спутали меня с дамой, находящейся в интересном положении?
— Нет. — Девушка улыбнулась. — Не спутала. Но он сегодня действительно не принимает.
— У него операция?
— Нет. Но он скоро должен уйти.
— А у меня к нему важное дело, — сказал Дронго. — Боюсь, что я должен буду его потревожить. Как мне к нему пройти?
— Я же вам сказала, что он сегодня не принимает.
— А я пояснил вам, что мне нужен вовсе не врач Юлий Лазаревич. Я обязан побеседовать с гражданином Фейшелевичем. Вы поняли или нужно обязательно показывать удостоверение? — Он блефовал.
Но девушка кивнула и сказала:"
"— Понятно. У нас уже был следователь. Такой молодой и настырный.
Три месяца назад. Задал несколько вопросов и сразу уехал.
— Насчет Монаховой?..
— Вы уже знаете? Тогда понятно. Да, конечно. У нее убили мужа, а вечером доставили к нам, и она потеряла своего ребенка. Ужасная история. Вы по этому поводу?
— Надеюсь, что вы меня пропустите?
— Наденьте халат и пройдите на второй этаж. В левую сторону. Увидите там табличку с его именем, — пояснила девушка.
— Спасибо. — Дронго надел халат, поднялся на второй этаж, прошел по коридору, увидел табличку с фамилией врача и постучал.
— Входите, — крикнул Фейшелевич.
Дронго вошел в кабинет.
Доктор сидел за столом и что-то сердито выговаривал другому врачу, молодой женщине.
— Вы ко мне? — осведомился Юлий Лазаревич, увидев незнакомого мужчину. — У меня сегодня неприемный день.
— Я по другому вопросу, — сказал Дронго. — По поводу Монаховой.
— Тогда понятно. Надежда Аркадьевна, вы можете идти.
Молодая женщина поднялась и вышла из кабинета.
Фейшелевич поправил большие очки, с любопытством взглянул на гостя.
Это был пожилой человек, почти лысый, с крупными чертами лица.
— Вы тоже из следственного комитета? — спросил он. — К нам уже приезжал человек оттуда.
— Это был Вавилов, — сказал Дронго. — Я даже знаю, что он достаточно быстро уехал, уточнив некоторые обстоятельства, связанные с Монаховой.
— Да, — подтвердил врач. — Все правильно. Почему вы интересуетесь?
— Появились новые обстоятельства.
— О чем вы? — хмуро спросил Фейшелевич.
