Если мы не можем объяснить какие-то из них с точки зрения нормальной логики, то сами в этом виноваты. Нам нужно было просто внимательно исследовать их.
Тамара молчала. Теперь она слушала гостя спокойно, больше не показывала свои эмоции."
"— Вы приняли решение покончить со своим браком столь радикальным и жестоким способом, — продолжал Дронго. — Очевидно, вы понимали, что при любом раскладе именно вас прежде всего и обвинят в этом преступлении. Но в тот день на дачу должны приехать секретарша вашего мужа, которую вы ненавидели, и родственник его первой супруги.
Вы понимали, что нужно использовать эту возможность. Не буду вас спрашивать, знали ли вы код на дверце сейфа. Полагаю, что да. Ваш супруг был вполне предсказуем. Конечно же, он поставил в код день и месяц рождения своей любимой дочери. Вы открыли сейф и достали оружие. Но понимали, что выстрел могут услышать люди, которые все время были в доме. Поэтому вы попросили Александру Львовну приготовить курицу, которую она должна была отнести в машину к Михаилу.
Вы ведь почти никогда не едите стряпню вашей кухарки. А в тот день вдруг почему-то захотели, чтобы она приготовила и сама отнесла курицу в вашу машину. Затем вы послали туда же и второго водителя. Якобы за журналами и газетами, которые вы так и не забрали, оставили на столике.
Женщина молчала и глядела куда-то в сторону, а Дронго продолжал:
— После этого вы подождали, пока Монахов войдет в кабинет, и выстрелили ему в грудь. Конечно, все это вас потрясло. Вы ведь понимали, что совершили преступление.
В этот момент в доме никого не было. Вы быстро вышли во двор и поехали в свою городскую квартиру. Вам было известно, что вскоре в дом приедут секретарша и помощник вашего мужа. Они-то и обнаружат его труп. Возможно, вы даже не собирались скрывать свое преступление, просто хотели, чтобы вам не мешали. Вы же прекрасно понимали, что именно вас и обвинят в этом убийстве. В доме больше никого не было. С другой стороны, на оружии не были найдены отпечатки ваших пальцев. Я разговаривал с Михаилом.
Он считал, что вы из-за своей беременности почувствовали себя плохо и попросили его остановить машину у аптеки. Рядом с ней находилось полицейское управление, но Михаил просто не обратил внимания на это обстоятельство. На самом деле вы хотели прийти в полицию и заявить об убийстве мужа. Наверное, в этот момент вам стало хуже. Вы решили сначала отправиться домой. Тем более что у вас была договоренность с Юлием Лазаревичем о прерывании беременности.
