Испытание (СИ)

Во-первых, рабыня номер 44 уже знала дорогу, а во-вторых, она все равно не замечала ничего кругом. У стальной если и были сомнения, то они быстро рассеивались. Не такая она как все. И теперь все будет иначе.

Привычная уже горячая ванна приняла Сашу в свои очищающие объятия, думать ей ни о чем не хотелось, лучше забыть, вычеркнуть из жизни еще один кусок, который ей пришлось отдать за право сохранить душу. Что же с ней будет, когда 'наркоз' пройдет, когда все начнет болеть сразу... Ничего, это будет потом. До этого надо еще дожить.

Опять все пошло наперекосяк. Мужчине непривычно было чувствовать странную, непонятно откуда берущуюся душевную боль. Впрочем, это Арсению было непонятно, потому что он отказывался понимать очевидное. А Сеня мучился. И чтобы как-то стереть гнетущее чувство, начал вспоминать, что же он не так сделал.

Он же опять забыл про подарок. Даже и не вспомнил. И все-таки, хоть она и отгораживается от него начисто, есть у них точки соприкосновения. Есть. И Арсений знал, что она об этом знает.

А с подарком теперь не стоит торопиться, у него возникла одна идея, но чтобы осуществить ее потребуется время.

Это продолжалось уже четвертый день. Хозяин вызывал номер 44 к себе.

А дальше повторялось все с самого начала. И ее холодность, и его упорство. И странные цветы страсти, расцветающие там, где в принципе жизни не может быть. Никакой. По определению.

Но мужчина снова и снова проводил ее по той дороге. Проводил так, будто это последнее, что нужно успеть в жизни, потому что иначе обрушится мир.

И они проходили по этой дороге вместе.

А потом все возвращалось на свои места.

Как же она вытягивала из него жилы, прямо рвала нервы этой своей мертвой пустотой в глазах. Еще и тем, что каждый раз часами сидела в ванне, мылась после него. Иногда Арсению хотелось скрутить ее в бараний рог и одновременно валяться в ногах, умолять, чтобы взглянула по-человечески. Да за одну ее улыбку...

Так он скоро совсем перестанет уважать себя. Надо взять себя в руки и быть мужчиной.

В конце концов, кто кому хозяин? Вот об этом и следует помнить. Ничего, то, что придумал, почти готово. Ему нужен еще один день.

А весь замок знал о том, что уже четыре дня она единственная, кого хозяин хочет видеть в своей спальне. Воспринимали это все по-разному, кое-кто даже пари заключал, сколько продержится в милости новая рабыня. Саше было тошно оттого, что все кому не лень знают о том, что ее имеют каждый день, сплетничают и смакуют подробности.