Испытание Уинтер

 – Не выпуская Саймона, он потащил его по тропинке, подальше от дыма и угасающих криков Наследников. – Слышал когда-нибудь про манцинеллу?

Внутри всё сжалось, и к горлу подступила тошнота – то ли от успокоительного, то ли от действий Вадима.

– Дерево смерти, – прохрипел он.

– Какой ты молодец, – отозвался Вадим. – Манцинелловые деревья – настоящее чудо природы. Они ядовиты от листьев и до корней, а их токсин способен покалечить, ослепить и даже убить человека. Находиться с ним рядом опасно, есть плоды – тем более, а если поджечь древесину…

– Я догадываюсь, – выплюнул Саймон со всей злостью, на которую хватило сил.

Всё тело словно набили ватой; он споткнулся о ветку, но Вадим крепче схватил его за ворот, и Саймон с трудом удержался на ногах. – Они задохнутся.

– Это лёгкая смерть, – заметил Вадим. – Точнее, была бы лёгкой, если бы не дым манцинеллы. Но они уже не кричат – думаю, боль их больше не беспокоит.

Крики действительно смолкли, и Саймон попытался остановиться. По его щекам текли слёзы.

– Ты чудовище, – выдавил он.

 – Трус, убийца, психопат…

– Да, да, я это уже слышал, – сказал Вадим, подталкивая его вперёд. – И от тебя, и от твоего братца. Ты, конечно, поумнее его, но такой же занудный.

Саймон зацепился ногой за торчащий корень, и в этот раз Вадим не смог его удержать. Он повалился на землю, едва успев выставить перед собой руки, чтобы не впечататься лицом в грязь.

– Спорим, я знаю о манцинелловых деревьях больше, чем ты, – сказал он. Ноги не слушались – что Вадим ему вколол? Яд синекольчатого осьминога, как в Австралии, или что-то другое?

– Правда? – пробормотал Вадим, пытаясь поднять Саймона.

Он обмяк, и Вадим болезненно заворчал – у него не хватало сил тащить его дальше. – Мои солдаты подробно мне всё рассказали."

"– Да? – с фальшивым интересом ответил Саймон. – А ты знал, что на некоторых животных не действует их яд?

Вадим замер, но лишь на мгновение, и снова попытался поднять его.

– Да ладно? – буркнул он, но в голосе скользнула едва заметная паника.

– Например, черные игуаны, – сказал Саймон, – обладают врождённым иммунитетом.

– К яду – да, – раздался за спиной охрипший от кашля мужской голос. – Но не к простому дыму.

Вадим обернулся, мгновенно хватаясь за рукоять ножа, но вместо гадюки или какого-нибудь ягуара из-за дерева вышла игуана с длинным шипастым хвостом, переваливаясь с лапы на лапу.

– Я же просила задержать дыхание. – Из кустарника выбралась вторая игуана; склонив голову, она воззрилась на первую.