Это точно Седой под маской? Выглядит и рассуждает один в один как Бахар или даже Эграм.
Но нет, когда мы вернулись в Исток, настоящий Бахар на дорожке к резиденции уже ждал меня с целой кучей накопившихся дел и, конечно же, со списком старейшин других фракций, которых я должен принять. И невест, которых они обязательно притащат с собой.
— Глава? — склонил он голову.
Я, косясь на свиток в его руке, ответил ему и на приветствие, и на непрозвучавший вопрос:
— Всё закончилось. Можно считать фракцию Морлан нашими союзниками.
— Потрясающе, — покачал головой Бахар, выглядя так, словно сейчас заснёт.
Я так не считал. Ничего потрясающего в случившемся не было.
— Давай к делам, — со вздохом приказал я.
— О-о-о! — вскинул брови Бахар. — Глава, вы тоже меня сегодня поражаете. Это точно вы, а не кто-то под маской вашего лица? Видимо и правда, нужно позволять вам чередовать внутренние дела с внешними, чтобы вы сами бросались в работу.
Никуда я бросаться, конечно, не был намерен, но ведь и совесть у меня есть.
Как и у старейшин, которые могли бы решать всё без меня, но не делали это. С невестами моими они встречаться не хотят, а их турнир смотреть хотят, видите ли.
— Давай к главному, — морщась, попросил я. — Когда встреча?
— Глава, — с Бахара слетел его сонный вид. — Я поражён, глава, как всего неделя отсутствия заставила вас пересмотреть, что есть главное в делах главы Сломанного Клинка.
Я лишь покорно вздохнул ещё раз. Сам виноват.
Бахар довольно улыбнулся:
— Было бы идеально, глава, если бы сегодня вечером.
Вы успеете привести себя в порядок, они тоже.
Я глянул на солнце, которое уже, между прочим, спешило к горам, за которыми прячется на закате, кивнул.
— Хорошо.
К моему удивлению, ничего особо неприятного в этой встрече не было. Потеря времени в разговорах ни о чём — да, была, но не более. Я, Бахар, Ледий, два старейшины фракции Глоут и девушка, чьё имя я не захотел запоминать, две малых палочки беседовали о всякой пустой ерунде за столом с чаем и фруктами. И, в отличие от прошлого раза, не выдыхали облачка пара, потому что в полную силу работала формация, берегущая тепло новорождённого сада.
Закаты и рассветы над Истоком — это лучшее время, чтобы помедитировать. Но когда на следующий день солнце окончательно встало, а я вынырнул из медитации, то отчётливо ощущал замершую за дверью Рейку.
— Доброе утро, — приветствовал я её.
— Не сказала бы, — буркнула она и ухватил меня под локоть. — Ты что творишь? — продолжила она уже через Нефрит.
