Сейчас же я сам изо всех сил пытаюсь как можно быстрей заработать уже четвёртую звезду.
Поэтому я коротко мотнул головой и добавил к этому жесту мыслеречью:
— Нет, советник. Это ничего не меняет. Это только добавляет мне спокойствия. Теперь я могу меньше переживать за вас и меньше переживать о честности Стража и самих Кунг. Но Сломанный Клинок должен расти как можно быстрей, и это не изменилось. Расти и обретать союзников.
Бахар помедлил, а затем сказал:
— В день, когда Орден Небесного Меча был распущен, каждый из нас понял: у нас никогда не было союзников.
Учитесь на наших ошибках, глава, не совершайте их по новой.
Я застыл, медленно кивнул и успокоил Бахара:
— Я тебя услышал, советник. Я буду помнить это. Но и ты не забывай напоминать.
Через миг я склонился, вбивая в ладонь кулак и обращаясь ко всем по очереди:
— Советник, старейшины, заместитель. Оставляю город и фракцию на вас.
Продолжайте отговариваться моей занятостью и старайтесь решить все сами. Положение и должность Виликор — это не то, что нам нужно делать явным.
— Я надеюсь, глава, — холодно сказала Виликор, — что и не станет. Даже когда ты вернёшься. Я согласилась на это лишь ради Ордена и лишь потому, что всё ещё должна тебе, Леград. Это всё — не более чем страховка.
— Не совсем, заместитель, — покачал я головой. — Орден я вручаю тебе на самом деле.
Виликор на миг сузила глаза, но затем лишь молча кивнула, принимая замечание.
Я улыбнулся и толкнул мысль Бахару:
— Советник, подумай над тем, чтобы проверить в этом зале всех орденцев, у которых есть склонность к стихии льда. Вдруг…
Конечно, я сомневался, что отыщется ещё один наследник древнего клана Медведей. Но… Вдруг? Жаль только, что Седой точно не проходит по возрасту. С его талантом в стихии, да в молодые годы.
Но даже если Сердце назначит его пятым помощником, то уже будет огромный успех и возможность.
Спустя два дня после того разговора в Сердце Истока, я стоял под куполом Сердец Стихии и глядел на Сломанный Клинок. На всех своих тайных орденцев Малого и Большого Ордена, на всех тех, кто доверился мне и следовал за мной.
— Братья и сёстры, — выдохнул я, начиная речь, в которой собирался представить Виликор.
