И хорошенькая такая… До безумия хотелось стиснуть её в своих объятиях и овладеть. Пусть даже насильно.
Держится. Уже столько дней бьёт себя по рукам, запрещая внутренним демонам даже думать об этом. Но соблазн так велик… Хотел наказать Таю, принуждая каждый вечер засыпать с ним в кровати, а наказал себя."
"Медленно стащил с неё одеяло, оголяя худенькие плечи. Красивая. Очень. Соски настолько твёрдые, что даже сейчас, когда она спала, выделялись под ночной рубашкой. Осторожно коснулся упругой груди рукой, сжал челюсти от накатившего возбуждения.
Отбросив мешающее одеяло назад, прошёлся по её животу и вниз, туда, где от заветного счастья его отделяло лишь бельё.
Сглотнул, когда девочка заворочалась и, прерывисто выдохнув, раздвинула ноги, словно приглашая его.
Удержаться не в силах. Так и хотелось смять её своими руками, прижать к себе и, обездвижив, взять.
Тая резко распахнула глаза, испуганно дёрнулась и тут же зло прищурилась, но Али перехватил её руку прежде, чем та встретилась с его лицом.
— Не надо так делать, девочка. Я не потерплю подобного, — строго, так, чтобы даже не думала вырываться. — Посмотри на меня, — подминая под себя, фиксируя её руки над головой. — Что со мной не так? Я омерзителен? Урод? Трахаю плохо? — её щеки вспыхнули, отвела взгляд. — Скажи мне! Зачем завела, соблазнила? А? Почему позволила себя попробовать, а теперь отталкиваешь? Думаешь, я железный, Тая? Ты ложишься спать в одной рубашке, всё время надеваешь эти шорты, майки… Да я от эрекции скоро двинусь.
Я шлюху снял на днях. Не смог с ней, понимаешь? После тебя никого не хочу! А ты мучаешь! — свободной рукой полез под проклятую рубашку, сжал её бедро.
— Так не мучайся. Просто отпусти меня. В чём проблема? — задышала чаще, широко распахнула глаза, когда пробрался пальцами под трусы. — Али… Не надо, — а губы приоткрыты, жадно воздух ловят.
Али вдруг осознал, что она влажная. Там, внизу. Мокрая как тогда, в первую ночь.
— Обманщица. Ты же хочешь!
Девушка закрыла глаза, замотала головой.
— Нет! Не хочу тебя! Не хочу!
— Расскажешь это кому-нибудь другому, — вжав её в постель своим весом, поймал губы девочки. — Я не отпущу тебя, Тая.
* * *Марат прошёл на кухню, молча сел за стол. Подмигнул Виталику, а тот улыбнулся с молочными усами. Да уж… Почти идиллия. А я вот маялась. Места себе не находила. Как быть? Как защитить своего малыша, что под сердцем? Только один выход… Я об этом всё утро думала. И ничего не лезло в голову, кроме побега.
