ИСТИНА

— Пытался, наверное, самоутвердиться, вернуть себе уважение, — сказал Тарасов, — убили его здесь. Одна пуля вошла в горло. Это и вызвало смерть. Четыре другие были выпущены уже в мертвого.

— Видимо, сильно убийца ненавидел этого Сичкаря, — сказал Казаринов.

— Или был очень возбужден.

— Значит, он первым выстрелом попал в горло.

— Стрелял с близкого расстояния, с шагов трех-четырех, — возразил Тарасов.

— Нет, он хорошо стреляет. В Бурмина он стрелял с двадцати семи метров и точно попал в висок.

— Нет. Соседи ничего не слышали и никого не видели. Собака взяла след, но потеряла его на автобусной остановке. Водители автобусов, которые работали в интересующее нас время, опрошены. Ничего подозрительного они не заметили.

— Что дал обыск?

— Ничего. Есть две странные бумаги, не то письмо, не то куски дневника, я доложу.

— Пойду поговорю с женой. — Казаринов еще раз оглядел двор, дом. — Здравствуйте, Серафима Алексеевна.

— День добрый.

— Я подполковник КГБ Казаринов.

— Так чего вам нужно-то от меня? Убили человека, а теперь виновных ищете? По вашей милости он и в тюрьме столько лет отсидел…

— А вам известно, — голос Казаринова стал жестким, — что «безвинный» Викентий Сичкарь помогал немцам? Что он изменял Родине?

— Никому он не изменял, просто работал при немцах.

— Полицаем.

— Ну и что?

— Скажите, у Сичкаря были враги?

— Нет.

— Получал ли он письма с угрозами?

— Тоже нет.

— Приезжал ли к вам кто-нибудь, с кем Сичкарь был связан в Гродно при немцах?

— Землячка его Граджина Явич.

— Где она живет?

— В Целинограде.

— Когда вы ее видели последний раз?

— Она приезжала месяц тому назад.

— Катаев, — повернулся он к майору, — возьми людей и срочно в аэропорт. Поднимите полетные ведомости. Выясните, кто прилетал в Петропавловск московским, да и всеми остальными рейсами. Приблизительное время убийства известно, поэтому исходите из этой цифры.

— Есть. — Катаев направился к машине.

— О чем вы разговаривали?

— О чем мне с ней говорить? Она с Викентием по-польски говорила. Выпили они, она и рассказала о каком-то человеке. Мол, они-то пострадали, а он нет. И сейчас пост занимает. Сговаривались попугать его, чтобы деньги выманить.

— Вы говорите по-польски?

— Да нет, за восемнадцать лет понимать все стала, а говорю плохо.

— У вас есть адрес Явич?

— Я вам дам.