ИСТИНА

Он шел по дорожке к даче, боясь, что разбудит пожилого человека, и вдруг увидел Архипова в длинных сатиновых трусах, бегущего по периметру забора. Генерал был больше похож на боксера, ушедшего на покой. Олег с завистью посмотрел на крутые шары мускулов, перекатывающихся под загорелой кожей.

— Вы ко мне? — на бегу спросил Архипов.

— Так точно, товарищ генерал.

— Заходите, ждите. Он побежал дальше.

На крыльце Наумова встретил Михеич.

— Проходите в дом, товарищ майор, сейчас завтракать будем.

— Да я… — начал было Наумов.

Но Михеич поставил третью тарелку на стол, всем своим видом показывая неуместность спора.

Через некоторое время на террасу спустился Архипов. В рубашке с погонами, в форменных брюках.

— Давайте завтракать, — командно предложил он. Ели быстро и молча. Потом выпили по стакану молока.

— Так, — Архипов встал, — теперь к делу. Майор Наумов. Так?

— Так точно, товарищ генерал.

— Убийца найден?

— Пока нет.

— Почему?

— Сложный случай.

— Вас учили искать убийц?

— Так точно.

— Значит, плохо учили.

Олег молчал. Обидно ему было, конечно, слушать подобное, но он молчал.

— Вам нужна моя помощь, майор?

— Да.

— Слушаю.

— Товарищ генерал, вы всегда встаете в одно и то же время?

— Да.

— А конкретно?

— Вы служили в армии, майор?

— Так точно.

— Когда у вас играли подъем?

— В шесть.

Генерал замолчал, предполагая неуместность дальнейших объяснений.

— Три дня назад вы утром ничего не заметили на просеке?

— Три дня назад… в понедельник… — Генерал задумался. — По-моему, нет.

— Какого?

— Высокого, в светлом во всем, разглядывал что-то в бинокль.

— Точно в бинокль?

— Да, в специальный бинокль. Есть такие маленькие, плоские бинокли, на губную гармошку перевернутую похожи. Они применяются при скрытом осмотре объекта.

— Долго этот человек рассматривал дачу?

— Я подошел к окну, когда услышал шум мотора. Думал, может, кто ко мне, и увидел этого с биноклем. Он сразу же ушел.

— Товарищ генерал, может быть, все-таки что-нибудь запомнили?

— Спину его.

— То есть…

— Человек, видимо, немолодой, шел, чуть сутулясь.

— Но ведь и молодые могут сутулиться?

— А вы приглядитесь, молодой человек хоть и сутулится, но идет упруго, пружинисто. А пожилой чем быстрее идет, тем больше сутулится.

— Товарищ генерал, больше ничего не заметили?

— Нет. Вы с Лизой поговорите, она рано молоко разносит, потом, знает всех в лицо.

У машины стоял Середин.

— Здорово, Наумов.

— Привет, Леонид.