ИСТИНА

— Что-то вы так побледнели, голубчик? — ласково спросил Николай Николаевич. — Не надо. Это еще не буря. Так, ветерок. Нет у вас, молодых, привычки. Нет.

— Вы идите, Николай Николаевич.

— Иду, иду, мой золотой, иду. От сердца печаль-то отпустите. У меня с бумажками ажур.

Пронин поднял трубку, пальцы сами нашли на кнопках знакомый номер.

— Говорите, — пророкотал веселый баритон Виктора Константиновича.

Чувствовалось, что обладатель этого голоса лучезарно спокоен и доволен жизнью.

— Пошептаться надо, — сказал Пронин, — дело есть.

— На сорок тысяч? — хохотнул Виктор Константинович.

— Неприятности.

— Жду. — Голос собеседника сразу стал жестким.

Пронин положил трубку. Достал из сейфа деньги, рассовал по карманам. В кейс положил пачку бумаг. Надо будет вечером внимательно просмотреть заявки.

Он не заметил, как отворилась дверь и в комнату вошел человек.

Сергей поднял голову и недовольно спросил:

— Ну, что у вас? Рабочий день кончился.

Человек подошел к столу, сел, вынул из кармана красное удостоверение, раскрыл.

Пронин прочел: «Майор милиции Наумов Олег Сергеевич, состоит на службе в Управлении уголовного розыска ГУВД Мособлисполкома в должности старшего оперуполномоченного по особо важным делам».

— Слушаю вас, товарищ майор. — Пронин с трудом сглотнул ком, застрявший в горле.

— Вы Пронин Сергей Митрофанович?

— Да.

— Вы знакомы с Бурминым?

Волна радости словно окатила Сергея всего — с головы до ног. «Господи, — зашептал кто-то внутри его, — есть Бог, есть справедливость».

— Скорее, я знаком с его женой.

— Нам известно, что восьмого числа в ЦДРИ вы угрожали Бурмину.

— Может быть. Знаете, чего при бабе не скажешь.

— А вам известно, что позавчера Бурмин убит?

— Как?

Наумов молчал, наблюдал за реакцией Пронина.

— Разговор в ЦДРИ — это несерьезно. Главное то, что мы с Аллой вернулись только сегодня утром.

— У вас есть свидетели, которые смогут подтвердить каждый ваш день по часам?

— Конечно, — обрадованно ответил Пронин, — и очень много.

И Наумов почему-то подумал, что свидетели у этого человека, конечно, есть.

— Я не испытывал к Бурмину ни злобы, ни неприязни. Он для меня существовал отраженно. В основном в рассказах Аллы. Я очень сожалею о конфликте в ЦДРИ, поверьте мне.

— Хорошо, — Олег встал, — разберемся. До свидания, гражданин Пронин.

Слова «до свидания» и «гражданин» Наумов произнес специально с некоторым значением.

Майор ушел, а Пронин остался сидеть, подавленный новостями. И корреспондент, и это убийство.