Истинная темного дракона. Наследник для бывшего

— Если б любил, не сомневался бы — чей это ребенок, — шипела из зарослей Амайрин. — Она на него плохо влияет. Да, Вик. И плечо распорола гвоздем специально. Прикинулась несчастной и умирающей, чтобы привлечь его внимание. Ненавижу ее. Если бы могла, то убила!

Сердце сжалось в тревожном предчувствии, по спине скользнул холодок. Но осмыслить угрозу любовницы моего мужа в полную меру — не удалось.

— Тише, — послышался хруст ломаемых веток и шелест атласа. Видимо, Виктор разыскал дамочку среди цветущих клумб и сцапал за локоть.

— Что ты мелешь? Если Демиан услышит, нам обоим не поздоровится.

— Нам и так не поздоровится, Вик. Сразу после обеда я предложила Демиану отослать эту дрянь в горное аббатство. Подальше от глаз. И знаешь, что?

— Он отказался. Она, видите ли, его жена! А я тогда, кто? Я скрашивала его ночи четыре последних года. Была рядом, жду от него ребенка… а он сомневается в моей любви? — Пауза и тяжелое шипение: — Если бы не эта человеческая герцогиня, мы бы уже стали мужем и женой.

А совсем скоро и любящими родителями.

— Ты вся на нервах, сестра. Тебе надо успокоиться. Идем в поместье.

— Я успокоюсь только, когда мерзкая человечка исчезнет из замка.

— Боюсь, всё не так просто.

— Ошибаешься, братец.

Голоса стремительно отдалялись. До слуха еще доносились обрывки фраз, но разобрать о чем спорят любовница Демиана и его лучший друг я не сумела. Застыв у окна с натянутой спиной, лишний раз — боясь шевельнуться от боли, стискивала фарфоровую чашечку пальцами и хмурила лоб.

Амайрин и дальше плетет за спиной хозяйки замка интриги. Нашептывает генералу всякие гадости, а он и рад держать эту гадину при себе.

Уверенность и решимость жарким пламенем укрепились в душе. Развод! Всё чего хочу — это развод! Едва оправлюсь от раны и сама рвану в столицу драконьей Империи, паду перед Императором ниц и буду просить о расторжении нашего брака.

Я еще долго стояла у окна, наблюдая, как по землям драконьего герцогства ползут фиолетовые тени сумерек.

Как во мгле утопает линия горизонта, и чернильными кляксами растекаются очертания гор и холмов.

Через час небо обложили свинцовые тучи, начался дождь.

Сколько себя помню, я всегда грустила в дождливую ненастную погоду. В такие моменты моя слабенькая бытовая магия совсем пропадает, наваливается хандра. Хочется сидеть возле камина, потягивать горячий шоколад, слушать стук капель и неотрывно смотреть на огонь.