Истинная темного дракона. Наследник для бывшего

Дракон поморщился — я разобрала это даже в ночной темноте, затем развернулся и тронул ладонью ночник на столике. Фитиль под абажуром вспыхнул искрой. По покоям растекся неяркий свет.

Вздрогнув от вспышки, с трудом разглядела Демиана у дивана. Он был в одних брюках, босой, по пояс раздет. Фигура дракона была поистине впечатляющей. Широкие мускулистые предплечья. Руки, перевитые стальными мышцами. Твердая как сталь спина, покрытая застарелыми змейками шрамов. Черные волосы свободно ниспадают на плечи, их шевелит врывающийся в спальню ночной ветерок.

— Ты не смеешь мне запрещать, — откликнулся глухо, не думая оборачиваться. — Я могу консуммировать наш брак прямо сейчас. И не дожидаться твоего выздоровления.

— Уходите, — осознавая, что дергаю разъяренного хищника за усы, все же рискнула потребовать. — Слышите?

— Или что? — Бросил грудным рыком.

Облизнув пересохшие губы, спустила босые ступни в ковер и, покачиваясь, поднялась из постели.

— Выставлю вас за дверь. Сама.

По напряженным драконьим плечам скользнула дрожь.

Отвратительный мне во всех смыслах мужчина действительно развеселился. Сложил руки на груди и, по-прежнему возвышаясь спиной ко мне, застыл, испытывая моё терпение.

С недоумением прошипела:

— Почему вы всё еще здесь?

— Когда выставишь за дверь, — прорычал с явной издевкой.

Злость придала сил и уверенности.

Стиснула зубы до боли и с намерением отпереть дверной засов и указать бессердечному дракону на выход, направилась к порогу, но тут произошло то, чего я предвидеть никак не могла.

При моем приближении Демиан издал хриплый рык. Резко крутанулся на пятках и рванул ко мне, задев бедром столик с горящим ночником. Тот ожидаемо опрокинулся. Спальня погрузилась в леденящую ночную тьму. Через мгновение муж оказался вплотную. Сильные руки жестко рванули меня к себе и притянули к мускулистому, каменному на ощупь телу так близко, что я ощутила его природный аромат. Терпкий, с нотками дикой яблони, оттенками спелой травы, сандала и мяты.

Вскрикнув от испуга, потребовала, уперев слабые ладони в стальную мужскую грудь:

— Немедленно отпустите.

Демиан по-прежнему удерживал в крепких тисках, обжигая дыханием и опасно сокращая расстояние между нашими губами.

— Иллана, — прохрипел, пугая до дрожи в коленях.

Его настойчивость действовала гипнотически. Такой сильный, уверенный в себе. И опять полностью укрыт от взора сгустившимся сумраком.