Истинная темного дракона. Наследник для бывшего

Через мгновение по широкому коридору из противоположной части пробежал дворецкий и два охранника. Родовой замок дракона в прямом смысле «стоял на ушах».

Случилось нечто, чего я не знаю?

Пораженная этим фактом, покосилась на молчаливого и угрюмого Кейна, подпиравшего стену плечом, двинулась по коридору и столкнулась с девушкой, приносившей мне еду.

— О миазель, умоляю, простите. Я не принесла вам обед, — та испуганно втянула голову в плечи, зажмурилась и сжалась в ожидании крика хозяйки. — Это вышло случайно.

Клянусь. Управляющая поручила срочное дело, и я потеряла счёт времени. Прошу, не говорите генералу. Иначе он строго меня накажет, а потом уволит.

Пожалев испуганную девушку, прервала ее стенания, пообещав:

— Не скажу. Если объяснишь, что происходит?

— Так Император, миазель, — буркнула она, боясь добавить хоть слово.

— Едет в замок. Только что пересек границу герцогства. Будет тут минут через сорок.

Удивление вырвало из легких вскрик.

«Это мой шанс», мелькнула в мыслях ослепительная вспышка.

Я не могу его упустить.

Приподняв подол кружевной сорочки с халатиком, взлетела по ступеням на верхний не обжитый этаж, разыскала старую комнату и через нее выбралась на уже полюбившуюся мне внешнюю террасу. Под золотистым солнцем Империи каменный пол сверкал как отполированный. В несколько шагов приблизилась к парапету и с нетерпением вгляделась в чашу долины. Служанка не солгала — к замку, растекшись на много лиг, приближалась внушительная процессия.

Ветер рвал светлые с золотом стяги; упряжь и сбруи коней серебрились огнем.

Императорский шатер блестел в середине, окруженный верными конными гвардейцами. Где-то там был мой муж-дракон. Понятия не имею, что Демиан наговорил правителю, я от своего решения не отступлюсь.

— Да будет так, — произнесла глухим голосом, поежилась на ледяном пронизывающем ветру и, развернувшись, широким шагом направилась к лестнице.

В своей комнате заперла дверь на засов, проверила — закрыты ли окна (на всякий случай) и, забыв о жажде и голоде, что заставили некоторое время назад покинуть спальню, направилась в ванную привести себя в порядок.

Умываясь, отметила, что семейный лекарь знает своё дело «на отлично». Чистые белые бинты, наложенные им рано утром, крепко прилегали к бархатистой коже предплечья. Глубокая рана доставляла неудобство, но той жуткой, простреливающей мучением боли уже не ощущалось. Тем не менее, мой ослабленный организм сотрясал мелкий озноб.