Истинная для Грифона

Странный мир, странный двуликий, или это я странная, раз свидание со мной проходит после секса? Сегодня Дрейсон меня удивил – пришел с цветами, сказал, что соскучился. Я думала, все пройдет, как раньше. Потерплю немного, и мужчина, довольный моей покладистостью, отменит домашний арест. Но нынче запросы выросли. Стоны удовольствия ему подавай! Мне кажется, Дрейсон был сегодня растерян не меньше меня. А уж предложение поужинать вместе, устроить свидание прозвучало совсем неожиданно, учитывая время суток."

"Главное, сегодня он не запугивал меня, был спокоен, что давало надежду на благополучный исход.

Хочет свидание – будет ему свидание. Вот стоны не обещаю, как оказалось, я совершенно не умею притворяться. Хорошо, что я мечтала стать ветеринаром, а не актрисой – в театральном у меня бы точно ничего не получилось.

Дневной ужин с Дрейсоном сильно волновал меня. Мне предстояло соблазнить его, чтобы получить свободу. Взгляд то и дело невольно косил в сторону шкафа, где под одной из досок хранилась связка артефактов, переданная Николеттой.

Один из них снимет с меня печать греха, а остальные должны помочь выжить в лесу. Похоже, смерти она мне не желала.

Кстати, шкаф. Стоит вновь перебрать купленный для меня гардероб. Думаю, Дрейсон будет доволен. Мой выбор остановился на самом откровенном комплекте белья и алом платье с длинными рукавами и глубоким вырезом. Я дополнила его золотым гарнитуром с огромными бриллиантами. Браслеты, ожерелье, серьги… Заколки были непривычно тяжелыми. А ведь на той девушке и на матери Дрейсона украшений было больше.

Через полчаса я входила в покои Дрейсона с пылающим лицом и бьющимся сердцем. Кажется, я погорячилась с бельем. Многочисленные лямки и банты врезались в кожу, тянули все что можно и натирали, где не стоило бы, а корсет не давал дышать полной грудью. Дрейсон ждал меня в гостиной. Он мерил комнату шагами, сложив руки за спиной. При моем появлении он порывисто развернулся. Лицо его оживилось, губ коснулась улыбка, а во взгляде читалось восхищение.

Я и сама невольно оглядывала его. Волосы, еще влажные, были откинуты назад. Костюмом он пренебрег, надел лишь белую рубашку и черные брюки. А улыбка невероятно преобразила резкие черты лица, сделала его мягче.

– Знаешь, ужин еще не готов, но на кухне нам собрали небольшой перекус, – Дрейсон широким жестом руки указал на накрытый у камина закусками стол.

Подошел ко мне и осторожно, словно боясь спугнуть, взял за руку, чтобы провести ко столу.