Лера поднялся следом:
— Пойду пока подышу, — и он направился к дверям, а я не удержалась от тревожного взгляда в его спину.
— Никуда он не денется, обещаю, — обнял меня со спины Мир и поцеловал в макушку. — Давай быстрее разберемся с формальностями, и я тебя отвезу к Келлю, пообщаетесь как раз…
Я повернулась к нему лицом и крепко обняла, уткнувшись в грудь:
— Ты сейчас сделал для меня просто что-то невероятное… Никогда бы не подумала… Спасибо тебе большое!
— Пожалуйста, — довольно проурчал он, принимая мою благодарность.
— Но что мне больше всего нравится — Валера понимает, что моей лояльностью полностью обязан тебе, но ему плевать: он готов на все, лишь бы иметь возможность быть рядом. Будем надеяться, его пума еще не сдохла от старости.
— А это возможно? — встрепенулась я, с детской наивностью заглядывая в хитрые глаза хищника, но, поняв, что он шутит, надулась: — Издеваешься, да?
— Немного, — смущенно улыбнулся он, притягивая к себе. — Нельзя среди зверей быть такой наивной «Красной шапочкой».
Хотя… — он прищурился, — можешь оставаться такой, какая есть. Я могу это себе позволить.
— Нет уж, я буду стараться, — пообещала мстительно, красноречиво выпуская коготки.
-56-
Погода стояла по-классически шикарная — мороз и солнце! И никак не настраивала на драматический лад, который — я была уверена — возьмет реванш в Доме Правящих. Мы в спешке подбросили Валеру к Келлю, который уже ожидал на улице, наскоро поздоровались, и Мир утащил меня обратно в тепло салона.
— Как вести себя, чего нельзя?
От нервов начинало потряхивать, хотя, казалось, чем могли меня испугать звериные сборища после Ванкувера и Совета Правящих?
— Не смотри мужчинам в глаза, — серьезно начал Мир, — старайся не думать обо мне, иначе начнешь сильнее пахнуть и провоцировать их…
Я вытаращилась на него в ужасе:
— Тебя послушать, все оборотни — маньяки!
— Нет, — раздраженно мотнул он головой, — просто ты — женщина альфа-самца, для них всех на животном уровне — очень привлекательна.
Ты и сама по себе очень… хороша, — он одарил меня долгим взглядом и уклончиво продолжил. — Оборотни бывают разные. Те, кто в принципе склонен к беспорядочным связям…
— Ой, все! — фыркнула я, ежась. — Надо будет сидеть дома у тебя за пазухой…
— Нет, не надо, во мне достаточно сил, чтобы уберечь тебя, — с укоризной заметил он. — А вот Мария почти не выходит."
"— Черт, — мотнула головой, прикрыв газа.
Мы это не обсуждали, но я не готова становиться Марией.
