— Понятное дело! — вскричала я, брякнув чашкой об стол.
— Ань… — Лера встал и присел на корточки рядом. — Расскажи, пожалуйста. Понимаю, что тяжко, но я так ничего не пойму."
"— Он сначала попросил меня раздеться, собирался искать какое-то клеймо… — начала выдавливать из себя я, держась за его проникновенный взгляд. Что-то, а сексуальные похождения мы с Лерой не обсуждаем. — Потом прижал меня к стенке, начал сдирать одежду сам, а я глянула в его глаза, и меня накрыло…
Я вдруг явственно вспомнила свое видение: мужчина… солнечный свет, ослепительный снег кружится в воздухе искрами и садиться на его лицо, оборачиваясь мелкой росой.
Мир…
— Я назвала его Мир… — по коже прошла волна мурашек, руки задрожали. В области солнечного сплетения что-то стукнуло и скрутилось тугим жгутом, вмиг согревая.
— Начинаешь пахнуть сильнее… — не мигая, констатировал друг. — Ань, плохие новости: он тебя присвоил… Что еще говорил?
Я тяжело сглотнула, пытаясь взять себя в руки.
— Что мы сдохнем оба, если… он не…
— Понятно, не продолжай, — кивнул он.
— Херово… а еще, знаешь что?
Лера достал айфон, что-то принялся там искать, и уже через несколько секунд сунул мне под нос фото… моего зверя. Только в человеческом обличии. То есть, в костюме…
— Он?
Я кивнула.
— Мда…
Лера вернулся на стул и хмуро уставился перед собой.
— Лерк, говори, — потребовала я.
— Это Мирослав Карельский, Ань… Высший правящий.
— И что? — «тупила» я.
— Тебя от него не спрячет даже Вальдемарыч.
-2-
— Спрячет? Ты думаешь, этот Мирослав будет меня искать?
Лера посмотрел на меня как на умалишенную.
— Не смотри так на меня, из нас двоих оборотень — ты! — вскричала я, но тут же виновато сникла.
Лера не был оборотнем в полном смысле этого слова. У него не было зверя. Мы никогда не обсуждали подробности и причины такого положения дел, но проблем у друга по этому поводу я не наблюдала. Оборотни не рождались полноценными существами с возможностью оборачиваться.
Когда их мужчины достигали зрелости, они отправлялись на поиски своего зверя. Если удавалось его обуздать — человек и зверь сливались, и мужчина становился полноправным членом семьи. Звери были разные, в зависимости от местности, где жила семья или которой она правила.
— Если Карельский вышел на тебя голым, Ань, это значит, что он был в звере, когда тебя услышал. Вышибить мужчину из зверя… — Лера хмыкнул. — Это очень надо было постараться.
