Оставалась одна минута, когда меня сзади грубо схватили за воротник и развернули, толкнув в портал. На тот случай, чтобы я их там не оставила, видимо.
— Закрывай! — скомандовал главный головорез.
— Не могу, — ответила я.
— В смысле? — недовольно спросил он.
— Переход сейчас сам закроется через сорок семь секунд, — пояснила я.
— Зачем тратить оставшиеся силы, если мы уже совершили переход? — хмуро спросил главарь.
— Это… это моя «особенность», — я сглотнула.
Признаться в своей неспособности было трудно.
— Ты бракованная, что ли? Вот ведь бл…! — выругался главный. К моей спине тут же прижалось дуло пистолета, и я шокированно замерла. — Двигай ногами! Вперёд! Может это и к лучшему. Ты исчерпала себя, значит, не убежишь без нас.
Я была поражена и ошеломлена от того положения, в котором оказалась.
— Может быть, я подожду вас здесь? — робко произнесла я, особо не расчитывая на удачу, но не попытаться не могла.
У меня был запасной вариант. Последние тридцать секунд на прыжок, которые я могла использовать.
Если обычный ключ строил переходы и закрывал их в любое время, сохраняя минуты из общей возможности, то у меня все было иначе. Мое расчетное время открытия и удержания портала — семь с половиной минут, а еще тридцать секунд, которыми я могла воспользоваться в любой момент. Но опять же нужно было подумать, как лучше ими распорядиться, ведь закрыть переход я не успею, за мной могут последовать и пристрелить."
"Об этой моей особенности никто не знал, кроме Доротеи.
Впрочем, именно она и начала обучать меня такой технике короткого перехода, чтобы всегда был шанс на спасение. У нее его не было в свое время, но он будет у меня. Короткие переходы делать сложнее — нужна концентрация и придельная точность. Но мы с Доротеей отработали эти тридцать секунд до автоматизма. Наша Луна, которая была истинной Марка и по совместительству еще и ключом, могла держать переход до пятнадцати минут, закрывать его и открывать. Но, израсходовав минуты, ей требовалось порядка шести часов на возможность открыть новый переход на новые пятнадцать минут.
У каждого ключа резервы времени и «подзарядки» были индивидуальны, поэтому изучались и выяснялись пределы работы. Но по настоянию Доротеи мы хранили мою «особенность» втайне ото всех. А теперь я четко понимала, что она может спасти мне жизнь. Пока все будут думать, что я еще буду неспособна прыгать, то тем временем буду искать возможность сделать кратковременный скачок.
